Африка

Сможет ли Президентский совет Ливии преломить ситуацию в стране?

Фото: oilexp.ru

5 февраля Форум ливийского политического диалога (ФЛПД), который проходил в Швейцарии, избрал Президентский совет (ПС), а также премьер-министра Абдулу Хамид аль-Дубейбу, который должен сформировать правительство национального единства. Под его руководством разоренная войной страна будет готовиться к всеобщим выборам в декабре 2021 года.

Напомним, долгое время Ливия была разделена на две основные части, которые возглавлялись Фаизом Сараджем и его Правительством национального согласия (ПНС), а также Халифой Хафтаром, командующим Ливийской национальной армией (ЛНА).

Раскрывая личность нового премьера, аналитики IHS Global Insight отмечают, что он политик и влиятельный бизнесмен из третьего по величине города Мисураты, что на северо-западе Ливии.  Хамид аль-Дубейба имеет прочные деловые связи с турецким правительством через свою строительную компанию. При этом новым главой Президентского совета назначен Мухаммед Юнис аль-Менфи, представляющий Восточную Ливию, и, как отмечают американцы, связанный с различными исламистскими группировками.

В свою очередь в Институте ближнего Востока (ИБВ) добавляют, что аль-Дубейба стал премьер-министром благодаря поддержке деловых кругов, представителем которых он и сам является.

Впрочем, поддержка крупных предпринимателей из Мисураты и Триполи не означает, что аль-Дубейба, а также остальные представители ПС (Абдалле аль-Лафи от региона Триполи, Мухаммед Юнесу аль-Манафи от Киренаики и Муса Кани от Феццана) не встретят на своем пути препятствий. Им все равно придется, как минимум, попытаться договориться с представителями Востока и Юга страны.

Первым же препятствием новой власти станет процесс формирования нового кабинета правительства, который смог бы удовлетворить все политические стороны, в том числе и восточных ливийцев, а также Палату представителей. Думается, что до 26 февраля, а именно такой срок поставлен, сделать этого не удастся.

Среди планов, о которых заявил аль-Дубейба, стоит выделить инициативу гражданского управления по созданию провинций и разделению страны на зоны безопасности. Помимо этого, существует «план по созданию и управлению предстоящим предварительным этапом», который подразумевает разработку механизмов для формирования правительства. Особый акцент новые власти делают и на активизации усилий по преодолению «всех трудностей для фактического старта работы Президентского совета, а также выполнения тех задач, ради которых он был создан».

Тут, думается, важно подчеркнуть, что, по нашему мнению, подобные абстрактные формулировки означают, что реальной программы действий у аль-Дубейбы и аль-Менфи нет. Обеспечение деятельности органа – это вопрос технический, а не политическая программа. В лучшем случае, это лишь план по её формированию, не более…

В данном контексте эксперты Global Insight также отмечают, что новые ливийские руководители в большинстве своем не обладают сильной политической базой и не играли ключевых ролей в гражданской войне.

Можно с большой долей уверенности говорить и о том, что их выдвижение на первые позиции было явлением чисто ситуативным и случайным, произошло это благодаря активной внутренней борьбе в стане их конкурентов.

Принятие окончательного решения проходило не консенсусом, а большинством голосов. Причем ряд важнейших вопросов, в частности, кто возглавит объединенную армию и как это произойдет, был, по сути дела, вынесен за скобки. Как результат – новый орган не имеет единого видения будущего Ливии и будет главным образом бороться за получение межрегионального признания своей легитимности, а не за улучшение ситуации внутри страны.

Эксперты Global Insight отмечают, что, помимо прочего, новые избранные ливийские политики окажутся под сильным давлением со стороны конкурирующих фракций и группировок, которые стремятся обеспечить собственные экономические и политические интересы, а также тех групп, которые не смогли получить никакого представительства в этом избирательном процессе.

По оценкам американских аналитиков, новая исполнительная власть вряд ли сможет договориться о формировании единого командования над вооруженными группировками Ливии. Крайне маловероятно, что западные вооруженные формирования согласятся на ведущую роль командующего восточной Ливийской национальной армией (ЛНА) Халифы Хафтара, в то время как сторонники Хафтара будут настаивать на том, чтобы он сохранил свою нынешнюю роль.

При этом не стоит рассчитывать и на то, что турецкое влияние в Ливии ослабнет. Аль-Дубейба и ранее имел контакты с турками. В одном из своих заявлений он подчеркнул, что «будет иметь место состояние большой солидарности с Турцией, потому что она является нашим союзником и другом и имеет прекрасную возможность помочь нам достичь истинной цели ливийцев». Политик также добавил, что на данном этапе ливийской истории Анкара является партнером Триполи.

В Соединенных Штатах, где новая администрация Джо Байдена, согласно официальным заявлениям, уделяет большое внимание событиям в Ливии, также дали понять, что Турции не уйдет из Ливии.

Пресс-секретарь Госдепартамента США Джеральдин Гриффитс заявила, что Анкара является союзником американцев по НАТО и имеет общие с Вашингтоном интересы в вопросах борьбы с терроризмом, даже, несмотря на расхождения позиций стран по ряду аспектов.

В целом можно констатировать, что на Капитолийском холме если не поддерживают, то одобряют турецкое присутствие в Ливии. Таким образом, ни военные базы турок, ни турецкие военные советники, ни торговля, ни многомиллиардные контракты никуда не денутся. Скорее, напротив, Анкара продолжит наращивать свое влияние в североафриканском государстве.

Российские же перспективы во время правления аль-Дубейбы выглядят не столь радужными, как турецкие. В качестве подтверждения подобной версии напомним, что в 2010 году бизнесмен А. Абрамян попытался войти на ливийский рынок, а точнее – в проект модернизации инфраструктуры в Джанзуре. Однако, столкнувшись с местными реалиями, российские предприниматели были вынуждены быстро свернуть свою деятельность и покинуть стану.

Подводя итог, отметим, что существующая в Ливии институциональная хрупкость системы власти позволяет иностранным государствам, которые принимают прямое или косвенное участие в ливийском кризисе, оказывать значительное влияние на происходящие процессы, тем самым еще больше подрывая крайне шаткую стабильность. При этом сохраняется и вероятность срыва достигнутых в Швейцарии договоренностей, и повторное начало боевых действий в случае, если решения ФЛПД, Президентского совета, а также Абдулу Хамид аль-Дубейбу окажутся неэффективными и нереализуемыми.