Страна накануне выборов

В Сербии 3 апреля должны пройти общие выборы – президентские, парламентские и местного самоуправления. Парламентские являются досрочными, власти Сербии решили провести их вместе с президентскими и местными, чтобы увеличить свои шансы на успех, поскольку самый популярный политический лидер в Сербии — это действующий президент страны Александар Вучич и логично связать его личный рейтинг с рейтингом его Сербской прогрессивной партии, что увеличивает шансы кандидатов на победу.

Такое решение было принято за несколько месяцев до начала военной спецоперации России на Украине. Сейчас ситуация изменилась - присутствует фактор политической дестабилизации страны в условиях достаточно серьезного экономического кризиса на континенте и угрозы европейской безопасности, но в то же время грядущие выборы дали возможность отсрочить принятие решений, связанных с введением санкций против России. Президент Вучич получил весомый аргумент, чтобы не сразу присоединиться к антироссийским санкциям, хотя стратегической внешнеполитической целью Республики Сербия является евроинтеграция, что зафиксировано в соответствующих официальных документах сербского правительства.

Сербский электорат в большой степени ориентирован пророссийски, особенно его националистическая часть. Либеральная часть электората, хоть и придерживается прозападной ориентации, но составляет меньшинство.

Президент Вучич нашел самую удобную нишу для себя и своей партии – проводить умеренно прозападную политику с умеренным пророссийским, иногда и прокитайским, дискурсом. Эта стратегия уже давала отличные результаты: интересы ЕС и США были соблюдены, насколько позволяла сложная обстановка, в Сербии при этом избиратели чувствовали, что их лидер не всецело и не бескомпромиссно сотрудничает с Западом, скорее ждет неких значимых перемен в сфере международных отношений, чтобы сделать поворот на Восток.

Представляется, что эта игра заканчивается: военная спецоперация на Украине действительно имеет потенциал стать большой переменой, которую так долго ждала националистическая часть сербского электората – реванш за все обиды, нанесенные сербскому государству и сербской нации, близок, надеются они. Если бы Вучич перед выборами ввел санкции против России, даже не самые радикальные, скажем, в сфере авиасообщения, приостановив полеты из Белграда в Москву, его же электорат оценил бы этот поступок весьма отрицательно.

На данный момент самую большую конкуренцию Вучичу на выборах составляет коалиция либеральных партий под названием «Объединены вокруг победы Сербии» (Уједињени за победу Србије). При этом исследования общественного мнения показывают, что Александар Вучич с высокой долей вероятности побеждает на президентских выборах уже в первом туре, то есть набирает больше половины голосов избирателей. Что касается парламентских выборов, данные исследований разнятся – Сербская прогрессивная партия набирает минимум 45% голосов, максимум – 54%. По самым оптимистическим прогнозам, партия президента Вучича снова будет иметь абсолютное большинство мест в парламенте Сербии, по пессимистическим – ей потребуется поддержка ее нынешнего партнера, Сербской социалистической партии, которая, как предполагается, наберёт от 8% до 10% голосов избирателей. Либеральная коалиция «Объединены вокруг победы Сербии» может получить от 14% до 18% голосов, что не представляет серьезной угрозы для нынешних властей Сербии.

Либералы не достигнут отметки в 20% голосов, потому что в игре есть еще одна более радикальная коалиция «зеленых» либералов под названием «Мы должны» (Морамо), которая объединяет экологические движения и способна собрать от 5% до 8% голосов. Самой перспективной либеральной коалиции также может помешать партия бывшего президента Сербии Бориса Тадича, которая приближается к избирательному порогу в 3%, но пока не преодолевает его. Различные небольшие националистические партии примут участие в парламентских выборах сразу в пяти отдельных коалициях. Только три из них смогут преодолеть порог в 3%%, остальные две не смогут это сделать, по той причине, что националистический электорат уже максимально представлен.

Меньше всего шансов у партии известного в России Воислава Шешеля и партии Двери Бошко Обрадовича. Пройдут данный порог с высокой вероятностью коалиции вокруг Демократической партии Сербии Милоша Йовановича и партия Заветницы Милицы Джурджевич. На грани 3% находится последняя националистическая коалиция под названием Суверенисты.

Если бы сейчас президент Вучич ввел антироссийские санкции, он бы потерял часть голосов, которые бы ушли именно к вышеупомянутым националистическим коалициям. Это бы увеличило влияние либеральной оппозиции, которое на данный момент не существенное.

Уровень пророссийских настроений в Сербии

Чтобы был понятен политический риск для Вучича, связанный с присоединением к санкциям против России, можно привести данные опросов общественного мнения. 61% граждан Сербии верит, что в происходящем на Украине виноваты США и ЕС, 4,5% в происходящем обвиняет Украину и только 3,5% - Россию. На вопрос, какая из сторон конфликта права, 36% ответили, что Россия, и лишь 5% граждан – что права Украина. Около 29% граждан Сербии считают, что ни одна из конфликтующих сторон неправа, 30% затруднились ответить на данный вопрос.

Для сравнения приведем итоги похожего исследования в Болгарии, тоже православной, южнославянской стране. На вопрос, поддерживаете ли вы действия России на Украине, 61% респондентов ответили отрицательно, только 16% – положительно, не могли определиться с ответом 23%. Также 40% респондентов из Болгарии ответили, что действия РФ на Украине отрицательно повлияли на их мнение о России, 3% – положительно, а 46%, что из-за конфликта на Украине они никак не изменили мнение о России.

Очевидно, что сербское общественное мнение намного более пророссийски или антизападно настроено, чем болгарское. Это объясняется двумя факторами: конфликтами Югославии с Западом последнего десятилетия 20-го столетия и тем, что Югославия во время «холодной войны» занимала особое положение в соцлагере, вела нейтральную внешнюю политику, что обеспечило ее гражданам более высокий стандарт жизни и уровень политических свобод.

Избирателям – помягче, для ООН – жестко и резко

На сегодня неясен объем санкционных требований в отношении России, которые предъявляют Сербии Евросоюз или США. Например, Северная Македония или Албания не ввели санкции против России в том объеме, в каком их ввели ЕС, США или даже Япония. Высылка ограниченного количества российских дипломатов или закрытие своего воздушного пространства для российских авиакомпаний не является полным объемом санкций, которые Запад и его союзники в Азии наложили на Россию. С самого начала военной спецоперации на Украине еврочиновники требовали от Президента Вучича резкого осуждения действий России. Он медлил с заявлением по этому вопросу, а потом выступил только в поддержку суверенитета Украины без каких-либо оценок действий России. Вучич намеренно избегал открытой критики России из-за возможной отрицательной реакции на это своего электората.

Тем не менее, Сербия 2 марта поддержала резолюцию Генассамблеи ООН, резко осуждающую действия России на Украине, а потом, 24 марта, и резолюцию Генассамблеи ООН по гуманитарной помощи Украине, в которой действия Москвы оцениваются как «агрессия России, которая вызвала гуманитарную катастрофу, не виданную в Европе за последние десятилетия». Это означает, что президенту Вучичу удалось не осуждать Россию перед своими избирателями, но формально резко осудить ее в ООН, что является более важным шагом, чем предвыборная риторика.

Это можно считать выполнением первого этапа на пути к введению санкций против России. Ранее точно таким же способом Сербия постепенно вводила санкции против Белоруссии – осуждение, ограничение авиасообщения, реальные санкции в секторе экономики.

Этап осуждения пройден. Президент Вучич уже вводил и отменял дополнительные рейсы из Белграда в Москву и обратно, их выполняет компания «Эйр Сербия», 82% акций которой находится в государственной собственности, а остальные принадлежат компании «Этихад» из Объединенных Арабских Эмиратов. Это был маневр президента Сербии, чтобы избежать полной остановки прямых полетов из Белграда в Москву перед выборами. Таким образом он доказал Западу, что готов выполнить его требования, решив проблему, которую сам искусственно создал. Пока, кроме идеологизированных деклараций европарламента, нет никаких официальных ультиматумов ЕС в адрес Сербии, требующих ее присоединения к антироссийским санкциям.

Не все балканские государства выступили против России. Не поддержали санкции Босния и Герцеговина, где у Республики Сербской есть право вето, да и Черногория, которая сейчас переживает политический кризис, также не смогла принять решение о введении санкций. Часть правительства под руководством премьер-министра в отставке Здравко Кривокапича отвергла такое решение. Новое правительство в Черногории еще не избрано. Тем не менее, Россия решила включить и Черногорию в список «недружественных стран», вероятно ожидая, что новое правительство все-таки согласится ввести санкции.

Самая больная точка Сербии — это проблема статуса самопровозглашенной Республики Косово, а не антироссийские санкции. Так как Сербия и Республика Сербская находятся в окружении ЕС, от сотрудничества с которым экономически зависят, и НАТО, они вряд ли могут занять нейтральную позицию в предстоящей новой «холодной войне», контуры которой уже видны. По мере того, как станет углубляться конфликт России с Западом, неинтегрированная часть Балкан будет находиться под растущим давлением по всем спорным вопросам, через которые внешние силы могут действовать в целях дестабилизации региона.

На практике это будет означать два направления политики коллективного Запада в БиГ и Сербии. В БиГ на руководство Республики Сербской будет оказано давление, чтобы оно отказалось от вето по вопросу продвижения НАТО-интеграций БиГ, иначе Запад может определиться в пользу резкой централизации БиГ и сворачивания Республики Сербской, что представляется как очень конфликтный сценарий. В Сербии после введения санкций против России коллективный Запад будет пытаться заставить руководство Сербии согласиться с косвенным признанием Косово через вступление этой самопровозглашенной республики в состав ООН.

Для коллективного Запада неопределенный статус Косово означает всегда открытую лазейку для российского влияния на Балканах. Конечно, сам Запад способствовал созданию этой проблемы, но большим игрокам на Западе кажется невозможным отозвать свое решение о признании Косово. Тогда единственным выходом является косвенное признание Косово со стороны самой Сербии. Очевидно, что такой сценарий встретит в Сербии небывалое сопротивление, даже если политический верх пойдет на такую радикальную уступку Западу. Но пока не видны никакие альтернативные политические силы внутри Сербии, которые могли бы возглавить народный протест, когда будет поднят вопрос Косово. Протестный потенциал есть, антисистемной политической элиты нет. Националистические движения, о которых говорилось выше, являются в большей степени популистскими, состоящими де-факто в неофициально хороших связях с нынешним президентом Вучичем. Поэтому вряд ли стоит ждать от них какой-то революции, разве только участие в показных демонстрациях.

Резюмируя, можно сказать, что пока для балканских государств существует возможность не вводить какие-либо радикальные санкции против РФ, даже если страна является членом НАТО, но при этом не является членом ЕС. На это указывает пример Черногории. Сербия находится в похожем положении – ей дано больше времени, чтобы определиться с решением из-за выборов. Но даже после этого события можно предположить, что президент Вучич будет откладывать решение, растягивая время, а также дробя пакеты санкций на несколько частей, в надежде, что Россия и США смогут за этот период достичь что-то близкое к компромиссу по поводу украинского кризиса. Насколько это у него получится, посмотрим…

Фото: nacional.hr