Фото: Фото: kansalainen.fi

Французы снова выбирают. На этот раз парламент

Во время оное парламентские выборы проходили по прошествии примерно половины президентского срока, практически на его экваторе. Это было придумано для того, чтобы избиратели, присмотревшись к вновь избранному руководителю, смогли бы, в случае разочарования, заблокировать его политику, избрав парламент из противоположного лагеря. Но потом политика сосуществования двух политических сил стала приводить страну в тупик. Провести президентские идеи через парламент становилось все труднее. Решения затягивались на годы.

Проводить парламентские выборы сразу после президентских – достаточно разумное решение. Так сразу становится понятен расклад сил на ближайшую пятилетку. А главное, если раньше во Франции существовала фактически двухпартийная система, классическая, черно-белая как шахматы; левые-правые, то за последние 10-15 лет она была размыта до оттенков. Левых в миттерановском понимании уже нет, слово «коммунисты» молодежь уже и не поймет. Осталось огромное право-центристское облако. Сейчас, в ближайшее воскресенье, во Франции состоится первый тур парламентских выборов. Второй – 19 июня.

Партия Макрона, бывшая «Вперед, Республика», теперь называется «Возрождение». Это вроде как символ борьбы нового, просвещенного, со старым, обскурным и темным. Накануне парламентских выборов у нее появились три союзника. Horizons – «Горизонты», основанная бывшим премьером Эдуаром Филиппом, MoDem, не имеющая никакого отношения к компьютерной периферии, «Движение демократов». Это традиционные исторические центристы, ведомые бессменным Франсуа Байру. И Agir- «Действовать», классические правые, осколки империи Ширака-Саркози.

Кресел в зале заседаний Бурбонского дворца, в Национальном собрании – 577. Абсолютное большинство мандатов в нижней палате, стало быть, 289. Сейчас по опросам Макрон и товарищи могут набрать от 275 до 310 мест. Разброс очень широкий и ни о чем не говорящий. Что произойдет, если Макрон не наберет абсолютного большинства?

Первый вариант. При относительном большинстве «Возрождения» на помощь придут «Горизонты», «МоДем» и «Действовать», что позволит новоизбранному президенту спокойно работать хотя бы пару лет. «Такая конфигурация точно продержится все начало президентского мандата, поскольку кандидаты в депутаты от этих партий были в свое время очень тщательно отобраны», – считает профессор права Сорбоннского университета Поль Кассия. Дело в том, что как только контуры будущей возможной коалиции обрисовались, ее участники по инициативе «Возрождения» подписали Хартию, в которой обязуются «поддерживать все инициативы избранного президента». «А вот во второй половине макроновской пятилетки дело может осложниться, – полагает специалист по конституционному праву Бенджамэн Морель. – Тут на первый план выскочат личные амбиции руководителей партий-союзниц, поскольку это же второй и последний срок Макрона, и там уже начнется схватка за Елисейский дворец».

Но и в самой коалиции, если она все-таки увидит свет, тоже не все будет гладко. Та же бесконечная реформа пенсионного возраста – крайне чувствительный и болезненный для Франции вопрос. «Горизонты» считают, что надо отправлять людей на песню аж в 67. Куда там до скромных макроновских 64-65. А это уже повод для раскола, и еще какой!

Второй вариант. При всех арифметических действиях великолепная четверка не набирает 289 мандатов. Но дело в том, что никакая другая коалиция, вроде NUPES, Нового народного социального и экологического союза, столько мандатов собрать в принципе не сможет. Эта депутатская группа объединяет социалистов, коммунистов, экологов и «не подчиняющихся». Тогда у Макрона остается такой шаг: создавать большинство для каждого конкретного законопроекта. «В нынешнем политическом раскладе, – считает Банджамэн Морель, – решающую роль будут играть, как ни странно, «Республиканцы» (саркозисты – ред.). В ключевых вопросах именно они способны мобилизовать разные политические силы».

Кстати, тот же Морель напоминает, что президентская рать в Национальном собрании не особо собрана и дисциплинирована. Он вспоминает, как во время ключевого голосования по «санитарному пропуску», а оно было не электронным, просто подсчитывали поднятые руки, оппозиция выиграла легко только потому, что все макроновцы пошли отдыхать, а надо было уходить в ночные дебаты и не сдаваться. Ну, французы, что говорить…

Третий вариант. Происходит чудо. NUPES набирает абсолютное большинство. (Вообще-то, больше 205 мест им не давал даже самый смелый опрос). Наступает смутное время – сосуществование, или по-французски «сожительство». Президент, хотя Конституция его к этому и не обязывает, меняет премьера и назначает нового из парламентского большинства. Сбывается мечта кандидата в президенты Жан-Люка Меланшона, левацкого лидера. Он переезжает из своего рабочего штаба (так себе «трешка» на севере Парижа, хоть и с террасой) в Матиньонский дворец. Действия Макрона скованы, но в его исключительном ведении остаются оборона и внешняя политика. Экономика, здравоохранение или образование переходят под управление левых.

Противопоставлять президента и парламент – любимая комбинация французской демократии. Если Макрон победил на президентских с большим отрывом, это вовсе не значит, что на парламентских, буквально через месяц, народ не проголосует за оппозицию. И вот самые свежие опросы: 63 процента избирателей как раз за то, чтобы в Национальном собрании заправляла оппозиция.

Фото: kansalainen.fi