Как на примере Шанхая работает политика «нулевой терпимости» к коронавирусу

Как сообщили российские СМИ, в Шанхае «закончился локдаун» и после двух месяцев «заточения дома и на рабочих местах» жителям разрешили выйти на улицу, возобновили работу предприятия и учреждения.

На самом деле это не совсем так. Действительно, с 1 июня шанхайские власти ослабили некоторые ограничения, которые вводились после вспышки COVID-19 в марте текущего года. Но это вовсе не означает конца борьбы с коронавирусом. Поначалу в городе фиксировались единичные случаи ковида и это не вызывало тревоги. Но власти были наготове – в соответствии с политикой «нулевой терпимости» к новому коронавирусу, которая проводится в Китае. У нас широко распространено заблуждение, что эта политика сводится к драконовским ограничениям и массовым нарушениям прав граждан. Это представление усиленно подпитывается с Запада, который заинтересован в дискредитации китайского руководства и имиджа Китая. На самом деле два с лишним года проведения этой политики показали ее высочайшую эффективность и в целом терпимое отношение к ней населения. Когда весь мир погружался во все новые и новые волны болезни и оплакивал сотни тысяч новых жертв пандемии, Китай оставался практически единственным в мире большим государством, свободным от ковида. Примитивное понимание этой политики далеко от реальности.

На самом деле это сложный комплекс эпидемиологических мероприятий, разработанный с учетом китайских традиций, на основе научного анализа, подкрепленный мощным финансированием и администрированием.

Поначалу в Шанхае ограничивались выявлением заболевших, а также контактных с помощью массового тестирования жителей. На карантин закрывали лишь отдельные дома и жилые комплексы, где выявлялись заболевшие. Так бывало и раньше. Так действовали в прошлом году власти города Нанкин, где из-за нескольких десятков «завозных» случаев ковида было протестировано 7 млн человек. Так было во время вспышки в Сиане и даже в Пекине, где на карантин закрывались целые районы.

Однако в Шанхае – огромном мировом финансовом центре и промышленном мегаполисе с населением 26 млн – власти столкнулись с быстро распространяющимся и заразным «омикроном». Как считают китайские эксперты, в ходе Олимпиады в Пекине иностранцам таки удалось завести в Китай достаточную дозу сверхзаразной разновидности ковида. К концу марта в Шанхае, несмотря на ограничения, ежедневно фиксировалось до 20 тыс. зараженных. В основном бессимптомных, которых выявляли в результате массового тестирования. Это, кстати на 5 тыс. меньше, чем было в Москве в пиковые дни февраля. А население Шанхая – почти вдвое больше московского. В середине апреля число бессимптомных новых зараженных достигало 25 тыс. и еще около 1 тыс. – с признаками заболевания. Смертельные случаи были единичны.

И тогда в Шанхае был введен «режим управления закрытого типа». Власти разделили весь город на зоны трех категорий. Более 7,5 тыс. районов были классифицированы как зоны «с управлением закрытого типа», 2,5 тыс. районов отнесены к категории зон «с ограничительным контролем» и 7,5 тыс. районов – к зонам профилактики.

В состав зон «с управлением закрытого типа» вошли микрорайоны, деревни или организации, где в течение последних семи дней были зарегистрированы случаи заражения COVID-19. В этих местах действовал режим «семидневное закрытое управление плюс семидневный мониторинг состояния здоровья на дому». Проще говоря, 14-дневный карантин там, где есть зараженные. Зоны с ограничительным контролем – это места, где за последние семь дней не было зарегистрировано случаев заражения. В этих зонах действовал «семидневный мониторинг состояния здоровья на дому». То есть гражданам было предложено неделю сидеть дома и регулярно сдавать тесты на коронавирус.

Те районы, где в течение последних 14 дней не было зарегистрировано случаев заражения, были отнесены к зонам профилактики. Их жителям было разрешено передвигаться внутри района или города со строгими ограничениями. При этом посещение зон закрытого управления и ограничительного контроля строго запрещалось.

Для борьбы с заразой в Шанхае было построено более 100 временных модульных больниц и карантинных центров для лечения пациентов с COVID-19 на 160 тыс. койко-мест. Еще 8 стационарных медицинских учреждений перепрофилировали для лечения больных ковидом.

Дело в том, что в отличие от остального мира китайцы считают: эффективнее и гигиеничнее лечить ковид во временных госпиталях, оснащенных специальной техникой и вентиляцией. Это позволяет не «заселять» инфекцию в стационарные медицинские учреждения, подвергая риску больных с другими диагнозами заразиться внутрибольничной инфекцией.

Жителям Шанхая помогали другие провинции. В соседней провинции Цзянсу было развернуто 30 тыс. коек для лечения или изоляции в госпиталях. Чжэцзян, еще одна соседняя провинция, предоставила помещения для приема 35 000 пациентов из Шанхая.

Одновременно ковид затронул и другие регионы Китая, в том числе и столицу – Пекин. Например, 9 апреля один из кварталов района Чаоян был классифицирован как «зона с высоким уровнем риска распространения COVID-19». Там было выявлено в общей сложности 8 подтвержденных случаев локального заражения COVID-19. О ужас! Опять поголовное тестирование и карантины для микрорайонов.

В начале апреля в городе Гуанчжоу (провинция Гуандун, Южный Китай) было зарегистрировано аж 22 местных случая заражения коронавирусной инфекцией. Посему микрорайон закрыли на карантин, а учеников начальных и средних школ города перевели на онлайн-обучение. Детские сады в Гуанчжоу приостановили прием новых детей. Кроме того, были отменены очные занятия во внешкольных учебных заведениях и группах продленного дня. Некоторые высшие учебные заведения были переведены в режим «управления закрытого типа». То есть там объявили локдаун или перевод на «удаленку». В 11 районах города начали массовое тестирование. К 10 апреля общее число прошедших тестирование граждан составило более 19 млн человек!

Вот так примерно выглядит система борьбы с коронавирусом в Китае. Массовое тестирование, немедленная изоляция носителей инфекции, карантин для домов, микрорайонов и городов – в зависимости от распространения болезни. К этому следует добавить так называемый QR-код здоровья, который есть у каждого китайца в мобильном устройстве и который позволяет быстро выявлять зараженных и контактных. Без него не пустят в общественное место, даже просто на улицу не выйдешь. В некоторых случаях требуется еще и документ о проведении ПЦР-теста. Вот и сейчас в Шанхае, при снятии некоторых ограничений, сохраняется требование о проведении тестирования на коронавирус каждые 72 часа.

Но главным средством борьбы с коронавирусом вкупе с остальными, китайские власти считают вакцинацию. К 11 апреля 2022 года в континентальной части Китая в общей сложности было введено более 3,3 млрд доз вакцин. К настоящему времени это число увеличилось примерно на 100 млн. Полностью вакцинированы среди групп риска – свыше 85 процентов человек.

Еще 2,2 млрд доз вакцин Китай поставил за рубеж.

Все эти меры в целом с пониманием воспринимаются населением. Хотя, конечно, выдержать месячную изоляцию в собственной квартире, проходить ежедневное тестирование непросто. Есть и «несогласные», и те, у кого «крышу снесло». Но никаких антиковидных бунтов, о которых пытаются сообщать западные СМИ, в реальной жизни нет.

Как заявляют в Комитете здравоохранения КНР, «эта политика, полностью соответствующая национальным условиям, базируется на научном подходе и за последние два года доказала свою эффективность, позволив всего за несколько недель сдержать вспышки заболеваемости в таких крупных китайских городах, как Нанкин, Тяньцзинь и Сиань».

С этим утверждением можно спорить. В России, например, ведущие СМИ довольно критически отзывались о борьбе с ковидом в Китае во время Пекинской Олимпиады, называя ее «Олимпиадой строгого режима» и употребляя такие слова, как «паранойя» и «шизофрения». Скептическое отношение к китайским методам борьбы с ковидом присутствует и в профессиональной среде. Даже генеральный директор Всемирной организации здравоохранения Тедрос Адханом Гебрейесус, комментируя политику «нулевой терпимости» Китая в отношении коронавирусной инфекции, в середине мая заявил, что, «учитывая поведение вируса на данном этапе и имеющиеся способы борьбы с ним, китайский подход нерационален и его следует изменить».

Однако есть основания предполагать, что руководство ВОЗ присоединилось к компании по дискредитации китайских властей, которая проводится под руководством США в преддверии ХХ съезда Компартии Китая – он состоится осенью. В западных СМИ можно встретить публикации о том, что политика «нулевой терпимости» якобы привела к массовому недовольству населения и расколу в руководстве КНР, часть которого якобы выступает против чересчур жестких мер. На роль «доброго руководителя» иностранные пропагандисты «выдвинули» премьера Госсовета КНР Ли Кэцяна. С тем, что некоторые китайские руководители имеют на этот счет свое мнение, согласиться можно. Ведь среди них те, кто отвечают за экономику, а она наиболее страдает от ковидных ограничений. К тому же в Китае решения до сих пор принимаются коллегиально. И наличие полного единства мнений, даже на уровне Политбюро ЦК КПК (25 человек) или Постоянного комитата Политбюро ЦК КПК (семь человек) вовсе не обязательно.

Но в пользу китайских методов говорят голые факты. Как сообщает ВОЗ, по состоянию на 30 мая общее число подтвержденных случаев заражения COVID-19 достигло 526,2 млн, число умерших от заболевания составило 6 286 057 человек. Но пандемия еще не закончилась. По прогнозу немецкого института Коха, сделанному еще в 2013 году, общее число жертв может составить 7,5 млн.

В Китае же, по данным Университета Джонса Хопкинса на 6 июля 2022 года, с начала пандемии заразились 2,1 млн человек, число смертей составляет 14612. Для сравнения: (по данным того же университета) в России число заразившихся – 18 млн, умерших – почти 372 тыс. Еще существеннее разница с США. Там, как известно, поставлен мировой антирекорд по смертности от коронавируса – свыше миллиона жертв при 84,4 млн заразившихся. По этому поводу авторитетная газета «The Gardian» на прошлой неделе разразилась разгромной статьей, в которой цитирует Дэвида Роснера, специалиста по общественному здравоохранению и социальной истории из Школы общественного здравоохранения им. Мэйлмана при Колумбийском университете США: «Это не просто провал системы здравоохранения. Это провал американской идеологии».

Если исходить из этой логики, то здесь Китай наголову превзошел США не только идеологически, но и организационно, а также с точки зрения финансов и медицинских технологий. В Китае так и говорят, что борьба с ковидом показала превосходство социализма с китайской спецификой, системы управления и китайской демократии, которая основывается на приоритете общественного, а также на доверии народа к власти, которая действует в интересах общества.

Вот эта система и пришла к выводу: безопаснее и дешевле выстроить еще одну великую китайскую стену – антиковидную, чтобы уберечь всю нацию от заразы, чем потом лечить непредсказуемые осложнения болезни, которая еще толком не изучена. И этот вывод оправдан научно.

Исследования с помощью больших данных, проведенные в нескольких центрах в США и в Китае (Китай – мировой лидер по использованию суперкомпьютеров в научных разработках), показали, что если бы КНР не применила политику «нулевой терпимости» к COVID-19, то число погибших от этой болезни там было бы в 100 раз больше, чем сейчас. То есть Китай с его полуторамиллиардным населением принес бы на алтарь борьбы с коронавирусом 1,5 млн жертв. Именно к этому фактически призывают китайцев глава ВОЗ и ему подобные. Но Китай, к счастью, на это не идет. К счастью для всего остального мира, поскольку глобальные последствия от таких потерь никто не просчитывал.

Автор: Михаил Морозов, обозреватель газеты «Труд».

Фото: businessinsider.nl