Степень напряженности вокруг Украины, похоже, близка к предельной. Дальнейшая эскалация грозит непредсказуемостью. Чтобы остановить ее и добиться деэскалации в Европе, нужен периферийный конфликт, который отвлечет на себя внимание и даст время для выработки новой формулы взаимоотношений по линии «Россия – Запад». Такой конфликт может вспыхнуть на Ближнем Востоке.

То, что происходит в настоящее время в Европе, вполне можно назвать войной – «холодной», «гибридной», если угодно – «альтернативной». Но это – война, поскольку суть происходящего заключается в смене баланса сил. И эта война будет продолжаться до тех пор, пока стороны (Россия и США, Россия и Запад) не придут к взаимоприемлемой формуле нового баланса.

Принципиальная особенность этой войны в том, что в ней нельзя стрелять. Любое вооруженное столкновение сторон чревато риском неконтролируемой, почти автоматической эскалации до уровня глобальной ядерной войны. Это означает, между прочим, жесткие границы эскалации: играть на повышение ставок можно только до определенного предела.

Крайней границей является прямое соприкосновение войск России и НАТО. Если натовские силы будут официально введены на Украину, то судьба мира будет зависеть от малейшей провокации. Ни предотвратить ее, ни справиться с ее последствиями не в силах будет никто. Иными словами, появление на Украине войск НАТО будет означать, что выход ситуации из-под контроля – это только вопрос времени.

Отсюда можно сделать вывод о том, что Запад уже уперся головой в потолок эскалации. Накачивание Украины оружием (пусть даже и наступательным), переброска туда «добровольцев», - в логике нынешней войны все это не больше, как «топтание на месте». Это – просто маскировка нежелания НАТО брать на себя риски прямого военного соприкосновения с Россией на территории, неподконтрольной ни Москве, ни Брюсселю и Вашингтону.

Если это действительно так, то допустимо полагать, что война переходит в позиционную, «окопную» стадию. И для эскалации будут задействованы иные направления, в частности, угрозы новых санкций. Собственно, это мы и наблюдаем.

Но оказывается, что и тут потолок во многом достигнут. Вводить против Москвы новые ограничения без существенного ущерба для интересов Запада уже почти невозможно. Во всяком случае, Кремль предупредил: новые санкции приведут к полному разрыву отношений. Как это может сказаться на мировой экономике и ее «глобальных цепочках поставок», долго говорить не нужно…

Таким образом, не имея возможности для эскалации (то есть для перехвата и удержания инициативы), Запад – а именно США – вынужден взять курс на замораживание ситуации и перевод войны в Европе в еще более латентную фазу – фазу переговоров (гласных и закрытых) с Кремлем. Ход вполне логичный. Но, как представляется, проигрышный.

Дело в том, что такая пауза неизбежно ведет к размыванию единства западного лагеря. Любая дисциплина, в том числе и блоковая, поддерживается активным коллективным действием. Когда же такого действия нет, нет и единой воли. Каждый из союзников вспоминает о собственных интересах, начинается раздрай. Который эффективно поддерживается российской дипломатией, умело эксплуатирующей противоречия между западными странами.

Эти два важнейших фактора – потеря инициативы и утрата единства – работают на ослабление позиций Запада. Его лидеры, наиболее сильные и ответственные государства, понимая истинную, неприемлемую для них цену продолжения текущей войны, демонстрируют готовность к переустройству баланса сил с учетом требований России. Конечно, далеко не все из этих требований будут приняты, и окончательных решений придется ждать неопределенно долго.

Однако для спокойного ведения таких переговоров необходимо выполнить одно важнейшее условие: заморозить ситуацию вокруг Украины. Речь может идти о воспроизводстве варианта послевоенного раздела Германии (естественно, без вступления западной части страны в НАТО).

Такой сценарий выглядит достаточно логичным. Но его реализация неизбежно столкнется с противодействием со стороны тех сил в США, Европе и на Украине, которые воспримут подобное развитие событий как «позорную капитуляцию» перед Кремлем. Перед угрозой маргинализации и потери влияния они будут готовы на любые провокации, чтобы не допустить деэскалации в регионе.

Чтобы предупредить возможность подобного развития событий, нужно «деактуализировать» конфликт вокруг Украины, то есть сделать его относительно менее значимым. А этого добиться можно только с помощью другого, относительно более опасного конфликта.

Уже сейчас можно видеть, что своеобразную «конкуренцию» Украине в этом смысле представляет Тайвань. Вероятность возникновения из-за него войны с Китаем обсуждается на Западе уже в течение некоторого времени. Однако думается, что на подобную авантюру никто не пойдет: тут, как и в случае с Украиной, придется воевать всерьез и с сильным противником.

Другое дело – Ближний Восток, регион, который в течение десятилетий был и остается ареной непрерывных войн. Раздуть здесь масштабный конфликт не составит для Запада ни малейшего труда: горючего материала хоть отбавляй!

Спусковым механизмом может стать, например, срыв венских переговоров по ядерной программе Ирана. Это будет означать фактическое признание Вашингтоном ядерного статуса Исламской Республики, что уже само по себе потянет на мировую сенсацию первостепенного разряда, по звучанию ничуть не уступающую украинскому кризису. После этого Киеву станет очень непросто сохранять центральное место в заголовках СМИ и в головах широкой общественности.

На самом же Ближнем Востоке новое фиаско ядерной сделки приведет к военной истерии в Израиле и арабских монархиях Залива. Будет взят курс на скорейшее сколачивание израильско-суннитского антииранского союза, который примется с удвоенной силой бороться с происками Тегерана везде, где только возможно: в Йемене, Сирии, Ираке, Ливане... Это приведет к резкому обострению ситуации в этих странах и к ответному стремлению Ирана дестабилизировать своих противников.

При этом Тегеран будет гораздо менее сдержанным, нежели был до сих пор. Так, он уже дал понять, что не станет препятствовать своим союзникам-хуситам, если те решат нанести удары по таким символически и стратегически важным центрам, как Эр-Рияд, Абу-Даби, Дубай, нефтяные порты Персидского залива или даже Ормузский пролив. Не менее наглядная демонстрация была проведена и в отношении Израиля, который был подвергнут массированным ракетным обстрелам со стороны Газы в мае 2021 года.

В Ливане проиранские шиитские партии прочно удерживают инициативу и не позволяют просаудовским силам захватить контроль над правительством в Бейруте. Кажется, что только чудо удерживает страну от гражданской войны. Но и у чудес есть пределы…

Однако основная схватка может развернуться в Ираке. В борьбу за контроль над этой ключевой арабской страной, которую так предусмотрительно оставили американцы, уже вступили иранцы и саудиты. Прямого их столкновения там ожидать, правда, не приходится: саудовская армия не для этого предназначена. Но зато вполне можно ожидать появления очередного поколения террористических формирований по типу запрещенных в России Аль-Каиды или ИГИЛ. Это не станет большим сюрпризом после того, как Америка сдала Афганистан террористам из Талибана (группировка запрещена в России).

Одним словом, на Ближнем Востоке можно наблюдать все предпосылки к началу большой войны. Но начнется она не раньше, чем когда в Вашингтоне решат, что пришло время для серьезного разговора с Россией по вопросам безопасности в Европе. Эта ближневосточная война позволит не только отвлечь внимание от Украины (и Тайваня заодно) и «деактуализировать» кризисы вокруг них, но даст возможность обвинить Москву в стремлении не допустить налаживания поставок в Европу СПГ из Катара, которые могли бы обеспечить освобождение Старого Света от газового диктата Кремля.

А главное – эта война позволит увеличить давление на Москву путем вовлечения ее в новый, периферийный для нее конфликт, который, однако, Россия не сможет проигнорировать и от участия, в котором ей будет крайне непросто воздержаться, учитывая российское военное присутствие в Сирии и в регионе в целом.

Фото: video.cgtn.com