Cтраница новостей Asia


Japan and Australia have signed a major security agreement (machine translation)

On January 6, Australian Prime Minister Scott Morrison and his Japanese counterpart Fumio Kishida signed the Mutual Access Agreement (RAA), a defense and security treaty aimed at strengthening the alliance between the two countries. As members of the US-led Quad group (along with India), both countries (Australia and Japan) already considered themselves allies in the region. So, back in 2007, Tokyo and Canberra signed a joint declaration on security cooperation, seeking to coordinate issues such as border security, counter-terrorism operations and defense missions abroad. Nevertheless, according to British experts from the Economist Intelligence Unit (EIU) analytical center, the RAA is aimed at developing these relations, allowing the armed forces of Australia and Japan to use each other's military bases without any problems and ensuring that the military of the two states will be able to conduct more complex exercises in the region. It can be stated that the RAA establishes a legislative framework to increase compatibility and capabilities between the Australian Defense Forces (ADF) and the Japan Self-Defense Forces (JSDF) during military exercises and disaster relief operations. After coming into force, the agreement will allow to increase the number and scale of bilateral exercises between Australia and Japan in the Asia-Pacific region, as well as facilitate Australia's participation in multilateral exercises, for example, in the annual naval exercises "Malabar", in which the United States, Japan and India participate. The Mutual Access Agreement became the second major defense document implying joint military access, which Japan signed after the country reached agreements with the United States (the Status of Forces Agreement with the United States), under which the Americans can keep warships, troops and weapons on the territory of the Asian state. At the same time, the EIU adds that Japan is still guided by its pacifist constitution, which sets strict restrictions on the development and deployment of its armed forces. However, it is worth noting here that such a constitution did not appear because of the peaceful views of Japanese politicians, but as a result of the defeat of the country in World War II and does not fully reflect the real intentions of the authorities in Tokyo. The desire to regain the Kuril Islands is a vivid example of this. Like Japan, Australia views the United States as its main security partner – a fact that was confirmed by the signing of the AUKUS agreement in 2021. Moreover, on January 7, Japanese Foreign Minister Yoshimasa Hayashi and Defense Minister Nobuo Kishi held a virtual 2+2 meeting with U.S. Secretary of State Anthony Blinken and Pentagon Chief Lloyd Austin to discuss regional security issues. "The Ministers expressed their concern that China's continued efforts to undermine the rules-based order are creating political, economic, military and technological challenges for the region and the world. They decided to work together to deter and, if necessary, respond to destabilizing activities in the region," the joint statement on the results of the meeting said. More importantly, even before the start of negotiations, Anthony Blinken said that the United States and Japan plan to conclude a new defense agreement and stressed that the alliance of Washington and Tokyo "should not only strengthen existing tools, but also develop new ones." However, back to the RAA. According to British analysts from the EIU, the impetus for this deal was "China's ambitions in the region." At the same time, the reason is called "Beijing's alleged aggression against Taiwan, as well as ongoing disputes with Asian countries in the South China Sea." Political ties between Australia and China have been deteriorating for several years, with the former criticizing the latter's policies in Hong Kong, as well as Beijing's "connection" with the COVID-19 pandemic. Meanwhile, Beijing says that Australian politicians are guilty of "abuse of authority." Together with the signing of AUKUS and the tightening of domestic legislation, including regulating foreign investment, Australia is laying the foundation for long-term distancing from its largest export market. In general, the British version is confirmed by American experts from IHS Global Insight, who state that although the RAA does not directly mention mainland China, Morrison and Kishida in a joint statement issued after the summit expressed "serious concern about the situation in the South China Sea", and also confirmed their "strong objection to illegal maritime claims and China's actions" As a result, the EIU states that the signing of the RAA confirms the existing forecasts of their analysts that anti-Chinese sentiment in Asia will grow in the coming years among countries loyal to the United States. In turn, Global Insight believes that in 2022, the Kishida administration will continue to strive to improve bilateral security cooperation with various partners and work on new interstate documents on the transfer of military equipment, as well as further agreements aimed at strengthening practical cooperation in the field of security. The RAA does not need the approval of the Australian Parliament, but is likely to receive the approval of the parliament in Japan during its regular session starting in mid-January 2022. And although the agreement itself is unlikely to trigger retaliatory actions by the Chinese government against Australia and Japan, but if the agreement is followed by increased participation of the two countries in issues that Beijing considers its "red lines", for example, increased presence in the South China Sea or joint military exercises with Taiwan, Beijing will be forced to take retaliatory actions. Most likely – economic, or rather – to introduce trade restrictions. The new agreement between Japan and Australia is undoubtedly aimed, among other things, at deepening Tokyo's integration with the new American alliance – AUKUS, which should be considered primarily as a counterweight to Chinese influence and military power in the region. It is no secret that currently the main priority of American foreign policy is the confrontation with the Middle Kingdom. For the sake of concentrating forces in this direction, Washington is weakening its presence in the Middle East, an example of which is the withdrawal of troops from Afghanistan. Even the beginning of negotiations with Russia on security issues is considered by many experts precisely in the context of the American buildup of forces in the Chinese direction. The introduction of Tokyo into the AUKUS defense alliance and the signing of the RAA should be considered precisely in the context of the consolidation of US forces in the confrontation with Beijing. And the rhetoric of the participants during the negotiations on January 7, as well as after them, only confirms such a scenario.

AUKUS: обстановка в Индо-Тихоокеанском регионе будет обостряться

16 сентября Соединенные Штаты Америки, Великобритания и Австралия объявили о создании расширенного трехстороннего партнерства в области безопасности, уже известного как AUKUS. Согласно официальному заявлению лидеров трех стран, которое было опубликовано Белым домом, новый оборонный альянс позволит его членам поддерживать интересы в сферах обороны и безопасности, а также наращивать обмен информацией и технологиями, углублять технологическую интеграцию и укреплять цепочки поставок оборонной продукции. Первой инициативой AUKUS стала сделка, согласно которой Австралия приобретет для своего Королевского военно-морского флота американские атомные подводные лодки. Точнее, первые подлодки, может быть, и будут приобретены. Остальные же будут строиться непосредственно в Австралии по технологиям и из комплектующих США. Что интересно, в Канберре до этого уже запланировали приобретение субмарин у Франции. Правда не атомных, а дизельных, но их постройка уже была начата Парижем. Так что выходит, что Вашингтон попросту перебил многомиллиардный контракт у своих же партнеров по НАТО. Вышло у американцев, как всегда, не очень красиво. Ведь на подобные «перехваты» сделок и в бизнесе смотрят косо, не то, что в большой политике, в отношениях между странами, которые считаются «стратегическими партнерами» и даже «союзниками». Негативно встретили новость о том, что Австралия получит атомные подводные лодки, да еще с ракетами, которые также входят в первую сделку AUKUS, в Китае. Представитель Министерства иностранных дел КНР Чжао Лицзянь заявил, что подобные действия Вашингтона и его союзников являются угрозой не только региональной стабильности, но и миру в целом, а также подчеркнул, что США ведут «холодную войну» против Поднебесной. Оценивая перспективы создания нового альянса, эксперты американского аналитического центра IHS Global Insight отмечают, что AUKUS, скорее всего, был инициирован Австралией, подчеркивая более широкую стратегию по расширению и укреплению экономического и военного присутствия Канберры в Индо-Тихоокеанском регионе. За последние два-три года Австралия постепенно наращивала взаимодействие со странами Индо-Тихоокеанского региона, в первую очередь, стремясь к более тесным экономическим связям и контактам в области безопасности с Индией, Индонезией, Японией и Ассоциацией государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН) в целом. В данном контексте AUKUSсогласуется с этой стратегией и, скорее всего, получит межпартийную внутреннюю поддержку в Австралии. При этом американские аналитики отмечают, что ухудшение отношений между Канберрой и Пекином также, вероятно, являются одним из факторов создания альянса. За последние годы две страны ввели друг против друга ряд экономических санкций. Так, Поднебесная приостановила всю деятельность в рамках Китайско-австралийского стратегического экономического диалога, сигнализируя о своем намерении ограничить долгосрочную роль Австралии в качестве своего ведущего экономического партнера. Канберра в свою очередь отменила два проекта китайской инициативы «Один пояс – один путь», которые ранее были одобрены штатом Виктория. А Пекин приостановил закупки австралийского СПГ, поддержав тем самым экспорт туркменского сырья, которое поступает в КНР по магистральным газопроводам. Возвращаясь к теме отмены контракта на строительство Францией подводных лодок, добавим, что, как отмечают в IHS Global Insight, хотя Канберра в своих стратегических оборонных доктринах в 2020 году и взяла курс на развитие своих возможностей на основе укрепления интеграции с Соединенными Штатами, ключевым фактором приобретения субмарин у Вашингтона, стоит расценивать возможность последующей модернизации атомных подводных лодок. Немаловажным фактором в американо-австралийской сделке являются поставляемые в виде бонуса крылатые ракеты «Томагавк». Кроме того, приобретение атомных подлодок позволит флоту Австралии проводить скрытые операции на большей дальности и более длительные по времени. Тем не менее, в реальности подобный сценарий может реализоваться еще не скоро. По графику подлодки поступят лишь в 2040 году. Да и вооружить атомные подводные лодки Австралии ядерным оружием якобы пока не планируется. Во всяком случае, согласно официальным заявлениям. Однако если принять во внимание тот факт, что в рамках AUKUS предполагается расширение военного присутствия США на территории Австралии и, плюс к существующей, строительство нескольких новых баз, исключить возможность того, что на одной из них будут храниться ядерные боеголовки для «Томагавков», пусть и под американским контролем, нельзя. Тем более, что за примером ходить далеко не надо. До недавнего времени ядерные заряды хранились в Турции, и по сей день – хранятся в Германии. Во Франции Министр иностранных дел Франции Жан-Ив Ле Дриан назвал действия американцев и австралийцев «ударом в спину». После чего Париж немедленно отозвал своих послов из этих стран. Достаточно резко выступил по поводу отмены сделки и Брюссель, в чем усматривается поддержка Франции Берлином. Тем не менее, в IHS Global insight считают, что реакция Парижа хоть и будет резкой, но при этом непродолжительной. Нынешнее разочарование Франции по поводу AUKUS вряд ли изменит стратегические отношения между Францией и Великобританией (третьим участником нового блока), которые долгое время характеризовались как смесь доверия и недоверия. Два государства Западной Европы по-прежнему имеют общие стратегические и оборонные цели. Однако цель Великобритании оставаться главным стратегическим союзником США, вероятно, была главной движущей силой ее политики в отношении AUKUS. Тем более, что страны-участницы долгое время поддерживают тесные стратегические отношения в рамках «Five Eyes», в том числе через группу по обмену разведданными. Участие Великобритании в AUKUS также отвечает намерениям Лондона сохранить некоторое влияние в Индо-Тихоокеанском регионе, о чем свидетельствует недавнее присутствие в регионе британского авианосца. Американские аналитики также считают, что, несмотря на то что переговоры по AUKUSвелись на протяжении не одного месяца, объявление о создании альянса было сделано только после вывода войск США из Афганистана. Причиной тому, на наш взгляд, является стремление продемонстрировать своим союзникам, что Вашингтон не уходит из Индо-Тихоокеанского региона полностью, а лишь меняет свои приоритеты. Помимо этого, нельзя не отметить и тот факт, что AUKUS для американцев, несомненно, является частью стратегии по глобальному противостоянию с Китаем. Другим вопросом является реакция стран региона на создание нового военного альянса. Так Министерство иностранных дел Индонезии 17 сентября опубликовало заявление, в котором говорится, что оно осторожно рассматривает события, касающиеся AUKUS, и обеспокоено «продолжающейся региональной гонкой вооружений». С аналогичным заявлением выступил премьер-министр Малайзии Исмаил Сабри Яакоб. Оба заявления указывают на то, что эти ключевые региональные страны, скорее всего, были проинформированы об AUKUS только после завершения переговоров, а предварительных консультаций с ними не проводилось. Впрочем, некоторые данные указывают на то, что Индия и Япония все же были в курсе проекта по созданию нового альянса. В IHS Global Insight в этой связи отмечают, что возможно причиной тому было членство стран в Четырехстороннем диалоге по безопасности, куда также входят Австралия и США. В данном контексте AUKUS вряд ли приведет к пересмотру существующих договоренностей: например, премьер-министр Новой Зеландии Джасинда Ардерн заявила 18 сентября, что альянс не влияет на отношения в области безопасности и обмена разведданными в раках «Five Eyes». Однако дипломатическое исключение и явное отсутствие консультаций с членами АСЕАН, вероятно, заставят страны Индо-Тихоокеанского региона искать более надежные гарантии в отношении будущих партнерских отношений с расширенными сроками переговоров, поскольку они, вероятно, рассматривают AUKUSкак отражение западного видения Индо-Тихоокеанского региона. Чтобы успокоить озабоченность АСЕАН, западные правительства, скорее всего, предложат отдельным государствам-членам партнерские отношения в области обороны и безопасности, но к ним нужно будет подходить на основе консенсуса. В британском аналитическом центре Economist Intelligence Unit (EIU) заявляют, что США движутся по пути создания на территории Австралии своих военных баз. Эксперты также добавляют, что подобное расположение является куда более безопасным для военных Пентагона и менее уязвимым перед «китайской угрозой» по сравнению с теми, которыми они располагают в настоящее время на территории Японии, Южной Кореи, островах Тихого океана и т.д. Внутри самой Австралии, несмотря на двухпартийную поддержку AUKUS, а также одобрение со стороны оппозиционной лейбористской партии, которая в настоящее время лидирует в опросах общественного мнения в преддверии выборов 2022 года, в ближайшей перспективе недовольство все же может высказать местный бизнес, озабоченный столь нестабильным развитием отношений с Китаем и резко возрастающими рисками. В EIUдобавляют, что, несмотря на то что отношения между Китаем и Австралией в обозримой перспективе вряд ли улучаться, новые санкции Пекина в адрес Канберры в ближайшее время также маловероятны. В IHS Global Insight в этой связи констатируют, что если ответные действия из Поднебесной и последуют, то будут носить торговый характер, а также меры в сфере безопасности. При этом если за новым трехсторонним пактом последуют заявления или политические шаги, которые бросают вызов его интересам, таким как права на свободу судоходства в Южно-Китайском море или политическое признание Тайваня, реакция Пекина будет более вероятной. В заключение хотелось бы отметить, что хотя зарубежные политики и эксперты рассматривают создание AUKUS как еще один шаг в американо-китайском противостоянии, не следует забывать и о том, что новое формирование под эгидой США и увеличение подводного флота их союзников угрожает и российским интересам в регионе. И не только интересам, но и безопасности наших рубежей на Тихом и Северном ледовитом океанах. Думается, что наше военно-политическое руководство этим вопросом уже озаботилось… Фото: aljoumhouria.com

Афганистан: хаос и его угрозы

События в Афганистане продолжают не только будоражить сознание общественности, но и порождать множество вопросов о перспективах развития ситуации. В поисках ответов редакция GEOFOR обратилась к известному западному блогеру (The Saker) и военному аналитику Андрею Раевскому. GEOFOR: Как могло произойти такое, что американцы, словно в панике оставили на брошенных ими базах и пунктах дислокации так много оружия, боеприпасов, снаряжения и оборудования, которое потом досталось боевикам «Талибана»*? Андрей Раевский: Как обычно, когда речь идет об американцах, причина не одна; их несколько. В Афганистане имела место комбинация нескольких факторов. Во-первых, естественно, много чего было «забыто» и «пропало», но в реальности было куплено-продано. Во-вторых, имел место тотальный организационный бардак, когда никто ни за что не отвечает. Ведь, как нам показали и доказали наши украинские братья, все можно «распилить», все можно свалить на хаос, на вооруженные действия, на внешнюю агрессию, на внутренний саботаж. Короче говоря, если все ключевые должностные лица в Кабуле у американцев были в доле, то любой так называемый бардак можно легко организовать. В-третьих, думаю, весьма реалистичен такой вариант, при котором некоторые американские службы – военные и гражданские – просто решили оставить потенциальным, пусть не союзникам, а скажем, «сторожевым псам», часть оружия, чтобы создать ситуацию хаоса. Есть у них такой подход – то, что мы не можем контролировать, можем попробовать уничтожить. Когда американцы откуда-то уходят, это место они оставляют в дичайшем беспорядке. Доля истины может заключаться в оценках некоторых экспертов и политиков, утверждающих, что таким образом американцы демонстрируют, что произойдет с теми, кто осмелится не поддаваться диктату американцев. Возможен и своеобразный прямой подкуп. Американцы согласились с талибами, что те дадут им возможность убраться оттуда невредимыми взамен на то, что они оставят талибам свой хлам – включая оружие, деньги и прочее. Американцы, вообще, вояки плохие, но жулики они очень и очень грамотные. И если надо устроить эвакуацию путем создания хаоса, чтобы под этим хаосом спрятать передачу имущества, то это очень просто организовать. Есть даже теория «Never let a good crisis go to waste» – т.е., никогда нельзя упускать возможностей, которые предоставляет полноценный кризис. Главный же вывод состоит в том, что характер афганского исхода был предсказуем, и ничего удивительного в происшедшем нет; это – норма. С возможной единственной оговоркой, что в таких размерах американцы, насколько мне известно, этого еще не делали. Но, как говорят американцы, «There’s a first time for everything» – всегда что-то случается впервые. GEOFOR: Чем опасен «перелив» афганской ситуации для Средней Азии? В чем для России может заключаться опасность, иммиграционных потоков из Афганистана через Среднюю Азию? Андрей Раевский: Во-первых, как любая другая массовая миграция, эта иммиграция опасна по определению, просто по существу своему. Перемещения больших масс населения всегда опасны и для передвигающихся, и для окружающей среды, и для страны, являющейся конечной целью. На протяжении нескольких лет мне довелось участвовать в работе службы иммиграции одной из ведущих западных стран с беженцами, прибывающими в страну из-за рубежа. И могу сказать, что главный компонент иммигрантской массы – это люди, бегущие от ужаса, страха и нищеты. Им на все плевать, они просто хотят выжить. И уже одно только это делает их сравнительно опасными, потому что выживать они готовы любой ценой. Во-вторых, среди них, естественно, будут люди, находящиеся под их психологическим и идеологическим влиянием. Конечно же, нынешние успехи «Талибана» будут оказывать сильное психологическое воздействие на иммигрантов. Я совершенно не сомневаюсь, что хотя они и будут бежать от талибов, но они будут питать к ним и определенные симпатии. Например, я лично был знаком, с одним казахом, совершенно нерелигиозным человеком, который недавно честно признался мне, что ночами он видит сны про Усаму бин Ладена. Такие вещи, к сожалению, есть, и это одна из уязвимых точек суннитского ислама. Суннитский ислам, вовсе не обязательно, но может являться средой, в которую может проникнуть экстремизм. Я предпочитаю называть это такфиризмом**. В-третьих, когда наблюдается большой наплыв мигрантов, в их число могут – и такое часто происходит – быть внедрены участники и пособники террористических группировок. Эти люди с толпами беженцев с легкостью проникают за рубежи своей страны, в периоды кризиса это очень просто делается. Этим людям ставят определенные задачи, и они будут их выполнять. Эти три опасности – минимум возможных угроз. Но я должен сказать, что в отличие от западных стран, Россия располагает уникальными ресурсами, которые Западной Европе и не снились. Например, нет у ЕС эквивалента Национальной гвардии России. Плюс к этому у России есть боеготовые части с опытом проведения миротворческих операций – и не только. Эти части могут быть успешно применены. Да, отсутствие обустроенной границы с Казахстаном – это факт. Но то, что основные направления потенциальных прорывов хорошо прикрыты, по-моему, тоже факт. Таким образом, если есть воля, то инструменты защиты от массовых иммиграционных потоков у России есть. В публичной сфере мне не приходилось встречать достаточной информации о способностях российских спецслужб осуществлять фильтрацию и вести иную деятельность по противодействию неконтролируемым потокам мигрантов. Поскольку я в российских спецслужбах не служу, то я этого и не знаю. Но могу сделать предположение, что российские спецслужбы имеют целый ряд огромных преимуществ перед западными. Например, знание местных культур, знание языков. Это такой простой элемент. Если у страны, принимающей беженцев, нет контрразведчиков, которые свободно говорят на языках иммигрантов или, еще лучше, сами являются выходцами из этой языковой среды, то у этой страны дела будут обстоять плохо. Очень простой пример. Возьмем среднюю европейскую страну и зададимся вопросом: «Сколько реально у них есть просто переводчиков? Не аналитиков, не специалистов. А просто переводчиков, которые имеют доступ к секретным работам и документам, т.е. таких, которым можно доверять и которые одновременно говорят на пушту или урду, или любом из афганских языков?» Вы увидите, что ответ таков: «Такие специалисты есть, но они дважды опасны». Во-первых, поскольку настоящих специалистов будет мало, очень мало, европейцы, обыкновенно, делают то, что делают американцы – нанимают их из числа самих иммигрантов. Что, естественно создает свой водоворот проблем, круг опасностей и т.д. У России таких проблем нет. Нужны специалисты по Средней Азии? Да их можно найти повсюду. Просто потому, что когда-то это была единая страна. Ну, и в конечном итоге – политическая воля. То есть, если в России начнутся события, похожие на то, что творится сейчас во Франции или в Германии, и большинство населения начнет чувствовать то, что чувствуют сейчас большинство французов или немцев, то власть сможет применить свои рычаги, чтобы воздействовать на ситуацию. Причем делаться это будет при полном одобрении большинства местного населения, а не под аккомпанемент либеральных визгов насчет того, как «преследуют бедных-бедных беженцев и как плохо к ним относятся». Короче говоря, опасность есть, но я верю, что, в отличие от Запада, Россия имеет все государственные инструменты, которые необходимы, чтобы с этой ситуацией бороться, взять ее под контроль и направить в нужное русло. Это все – абсолютно реальные возможности, которые просто нужно грамотно использовать. * Движение «Талибан» по решению Верховного Суда РФ от 14.02.2003 г. признано террористической организацией, ее деятельность на территории РФ запрещена. **Такфиризм (араб. تكفير‎, такфир + изм) — радикальная исламистская идеология египетского происхождения, основой которой является обвинение в неверии (куфр) мусульман. Именно это является главным отличием такфиризма от других исламистских течений. Большинство мусульман-террористов являются приверженцами такфиризма, но среди такфиристов есть и те, кто избегают насильственных действий. В русскоязычной литературе приверженцев такфиризма называют такфиристы, такфириты или такфировцы. Вопросы задавал Сергей Духанов. Андрей Раевский родился в Цюрихе, Швейцария, отец — голландец, мать – русская из семьи белоэмигрантов. Глубоко и искренне верующий, прихожанин ИПЦ Греции. Имеет степень Licentiate in Orthodox Theological Studies (кандидат православного богословия) от Центра Традиционалистских Православных Исследований в монастыре Св. Григория Паламы в г. Этна, шт. Калифорния(the “Center for Traditionalist Orthodox Studies” (CTOS) at the Saint Gregory Palamas monastery in Etna, California). В 1984 году поступил на действительную военную службу в подразделение радиоэлектронной борьбы, а затем был переведен в службу военной разведки в качестве специалиста по языку, работал в интересах ВВС Швейцарии. Затем переехал в США, где получил степень бакалавра по международным отношениям в Школе международной службы (School of International Service, SIS) Американского университета (American University) и степень магистра по стратегическим исследованиям (Strategic Studies) в Школе углубленных международных исследований им. Пола Н. Нитце Университета Джонса Хопкинса (Paul H. Nitze School for Advanced International Studies (SAIS) at the Johns Hopkins University). По возвращении в Швейцарию работал гражданским консультантом (на должности, соответствующей воинскому званию «майор») в Швейцарской службе стратегической разведки (Swiss Strategic Intelligence Service, SND), готовил стратегические аналитические материалы, прежде всего, о советских/российских вооруженных силах. Работал специалистом по «вражеским операциям» («Красная команда» (Red Team) на американском военном жаргоне) для подготовки личного состава оперативного уровня Генерального штаба вооруженных сил Швейцарии. Позднее работал в Институте ООН по исследованию проблем разоружения (ЮНИДИР — UN Institute for Disarmament Research, UNIDIR), где специализировался на тактике и операциях миротворческой деятельности. Написал книгу о психологических и разведывательных операциях в миротворчестве и четыре книги – собраний сочинений «Содержательный Saker» (The Essential Saker). Владеет русским, английским, французским, испанским и немецким языками. Гражданин Швейцарии. Проживает в штате Флорида.

Запад ушел из Афганистана, Афганистан пришел на Запад

Недавние события в Афганистане, когда в считанные недели террористическая организация «Талибан» (запрещена в РФ — прим.) взяла, согласно заявлению руководства движения, страну под полный контроль, а легитимный президент страны был вынужден убежать, всколыхнули весь мир. Это совпало с, а, точнее, было спровоцировано, окончанием американского военного присутствия в стране, о котором в свое время говорили еще и Обама, и Трамп (первый – просто говорил, а второй – планировал сперва создать коалиционное правительство, а лишь потом решать вопрос с выводом войск, что фактически являлось просто приманкой). В результате, не успели американские войска покинуть Афганистан, не прошло и нескольких часов, как вооруженная западом армия и командование фактически без боя сдали талибам Кабул, которые сначала объявили о всеобщей амнистии с прощением всех, кто когда-либо воевал против них. Однако после стражи порядка нового режима, вопреки собственным заявлениям, успели засветиться в многочисленных свидетельствах пыток и расстрелах тех, кто ранее выступал против движения. А вскоре, когда еще не успела осесть пыль от революционного мятежа, талибы заявили, что Афганистан – территория шариата, и никакие светские законы и порядки здесь установлены не будут. Это вызвало непринятие движения в высших кругах власти на Западе, де-факто, они согласились, что Афганистан теперь принадлежит «Талибану», тем не менее, де-юре, не признали движение официальными органами власти в стране. В это время, спасаясь от мести и жестоких порядков «новой власти», сотни и тысячи афганских граждан отчаянно запрыгивали на самолеты, увозившие сотрудников диппредставительств Запада, многие погибали при попытках цепляться за шасси. Эти кадры облетели весь мир и стали символом «апокалипсиса». Западные демократии уже сообщили, что не готовы организовать всем преследуемым афганцам убежище и защиту. Консервативное крыло партии Ангелы Меркель заявило, что 2015 не должен повториться. Однако высказываются и другие мнения. «Мы находимся в Афганистане уже 20 лет, а теперь мы говорим, что не несем ответственности за людей, которые бежали от режима талибов» — возмущается Яна Пульерин, глава берлинского офиса Европейского совета по международным отношениям. Президент Франции Макрон, выступая на саммите в прошлый понедельник, подчеркнул необходимость не только помогать преследуемым, но и важную роль Европы в защите своих ценностей и свои границ от больших потоков беженцев. Нидерланды, Германия, Австрия, Бельгия, Дания и Греция, несмотря на кризис в Афганистане, продолжают высылать просителей убежища из Афганистана обратно на родину. «Не отправляйтесь в путь, не платите преступным организациям – мы поможем вам на местах в регионе», – написал министр внутренних дел Австрии Карл Нехаммер в Twitter, обращаясь к народу Афганистана. Впрочем, возникает законный вопрос, как выполнить это обещание, когда дипломатические отношения с новыми кабульскими властями прерваны. Тем не менее еврокомиссар по внутренним делам Ильва Йохансон, заявил, что ЕС учтет ошибки 2015 года и не повторит миграционного кризиса на своей территории. «Необходимо избегать стимулов для нелегальной миграции» – такое совместное коммюнике приняли главы МВД стран Евросоюза на экстренном заседании 31 августа. «Как афганец, живущий в Европе, я шокирован тем, что слышал», - говорит Джалали, который в настоящее время живет в Брюсселе и работает сотрудником по вопросам политики в ЕC по делам беженцев и изгнанников. «Я ожидал, что ЕС будет солидарно с народом Афганистана, а не сосредоточится на узкой теме миграции» – цитирует его журнал TIME. В свою очередь колумнисты Катрин Беннхольд и Стивен Эрлангер констатировали, что «афганцы сталкиваются с дефицитом сострадания в Европе, который может быть непреодолимым». Президент США Джон Байден был также достаточно категоричен: он выступил с двумя посланиями к нации, в которых отметил, что «проект Афганистан закончен», а целью США, дескать, никогда не было построение там современного демократического государства. Что более важно – это то, как отметил президент США, «афганское общество «оказалось не готово» постоять за себя и «свои ценности», оно надеялось на вечное присутствие американцев, на деньги американских налогоплательщиков и на военный корпус, руками которых строился и содержался Афганистан». При этом Байден подчеркнул, что американские войска «не могут и не должны участвовать в войне и погибать в войне, в которой афганские силы не желают сражаться сами за себя». По заявлениям американского лидера, Соединенные Штаты обучили и обеспечили оружием и техникой афганские вооруженные силы численностью около 300 тысяч человек, превосходящие по численности вооруженные силы многих союзников по НАТО. В этом смысле можно говорить о том, что «проект Афганистан» как полностью зависимая от США (финансовая и военная единица) провален, а афганцы, если и вкусили «ценности Запада», то только такие, которые делают из них «узников совести», преследуемых везде, чтобы, в конце концов, просить убежища в Европе. Впрочем, в самом Афганистане перебежчиков считают предателями и коллаборационистами. Несмотря на обещания «Талибана» простить всех тех, кто раньше был настроен против движения, убежавшие уверены, что, оставаясь в современном Афганистане, даже несмотря на попытки «Талибана» привлечь «утекающие мозги» обратно, они в большой опасности. Да и сами «ценности» в реалиях Афганистана представляются крайне сомнительными. Вместо демократии и свободы, о которой декларировали и американцы, и афганские власти, в крупных городах страны процветала коррупция, а остальные жители страны как жили в родоплеменном обществе, так и продолжали жить. При этом ценности, принятые на Западе, зачастую шли в разрез с образом жизни и мышления большей части населения, которой ближе и понятнее правила талибов, которые опираются на традиционные для большинства афганцев законы Шариата. В настоящее время даже в ЕС невозможно сказать, какое примерное количество афганцев уже проживает на его территории, потому что, по данным немецкой полиции, в одной Германии числится более 200000 выходцев из этой страны. Достаточно крупные афганские диаспоры (50.000 +) также существуют во Франции, Италии, Испании, Венгрии, Швеции, Англии, Румынии, на Украине и в России. Количество пересекающих европейские границы беженцев из Афганистана не только не уменьшилось с начала конфликта, но и продолжает расти. И, хотя политики толерантности и мультикультурализма призывают не сравнивать нынешнюю миграцию афганцев с миграционным кризисом 2015 года, дескать, авторитарные европейские правительства используют страх перед беженцами на время выборов, параллели все же существуют. Во-первых, миграция как феномен не только продолжилась, но и приняла более резкие черты. Теперь по правилам ЕС мигрантом может быть признано любое лицо, перемещенное по огромному количеству причин, в том числе из-за изменения климата на определённой местности. Миграция стала доступной, она часто служит объектом манипуляции на черном рынке, где за символическую плату просителей убежища обещают привести к хорошей и сытной жизни в Европе. Во-вторых, большая зависимость мигрантов и внутренне перемещенных лиц от помощи западных союзников, делают такие страны как Афганистан нежизнеспособными, а нации зависимыми от денег Запада и солдат НАТО, что ставит множество вопросов о существовании таких стран и наций на политической карте мира. В-третьих, попав в Европу, многие диаспоры неохотно сотрудничают с официальными властями европейских стран, замыкаясь внутри себя и создавая, по сути, параллельные сообщества, многие из которых связаны с уголовной преступностью, вступают в интернациональные мафиозные или террористические структуры. В одной лишь Австрии известно о десятках регулярно регистрируемых в год случаях стычек афганцев с молодёжью из других сообществ, как правило, чеченской. Эти конфликты имеют часто уголовный характер, потому что в ход идет оружие. Что самое неприятное, так это, что эти конфликты, когда о них становится известно полиции, пытаются быть решены внутри диаспор, что делает невозможным разбирательство официальных органов власти страны, в которой находятся эти диаспоры и лишь усиливает страх и взаимное неприятие у принимающего общества и беженцев. При этом уже сейчас в ЕС констатируют, что среди потока людей, бегущих из Афганистана, скрываются и представители Талибана. Так, во Франции еще 24 августа был задержан беженец, которого заподозрили в связях с боевиками. Позже среди 2000 беженцев были обнаружены еще 5 человек, которые признались в том, что являлись частью движения. Более того, в США в связях с террористами заподозрили более сотни афганских беженцев, двух из которых на всякий случай даже отправили в Косово для тщательной перепроверки их биографии. Все это создает серьезную угрозу безопасности для стран ЕС, а также США, особенно учитывая, что до этого момента европейцы не показали способности серьезно и быстро работать с мигрантами для выявления среди них представителей радикальных группировок. Также подчеркнем, что, учитывая, что взрывы в аэропорту Кабула, унесшие жизни по разным оценкам около 200 человек, были организованы представителями запрещенной в РФ террористической организации ИГИЛ, которая обширно представлена в Афганистане, «Талибан» может оказаться в ближайшей перспективе далеко не самой большой угрозой для безопасности европейский государств. Но и простым людям, не связанным с радикалами и террористами, приходится не просто. К примеру, вспомним небольшую группу беженцев, застрявшую на белорусско-литовской границе, где литовцы отказывают им в проходе через свою границу, угрожая, в том числе, и служебными собаками. Справедливости ради отметим, что и в Минске не горят желанием принимать мигрантов, хотя при этом уже объявили, что не намерены препятствовать потокам беженцев, направляющимся в ЕС. В результате люди оказались заперты в приграничной зоне без крыши над головой. И если летом это представляется скорее большим неудобством, то с приближением осени и холодов может стать смертельно опасным. Афганистан уже стал настоящей проблемой для всего мира, и прежде всего, западного, особенно на протяжение последних 20 лет своего существования. Рано или поздно, войска США и НАТО должны были быть выведены оттуда. Но оказалось, что афганцы вместо того, чтобы отстаивать новые, привнесенные Западом «ценности» предпочли просто сбежать туда, где, по их мнению, текут молочные реки, где европейцы им очень рады, а они защищены от исторических ошибок. Поэтому имеет основание говорить не о том, что Запад ушел из Афганистана, а Афганистан пришел и продолжает идти на Запад. Причем, как показывает практика, всерьез и надолго. И решения возникшей проблемы у Брюсселя нет. На сегодняшний день можно говорить лишь о попытке реализовать аналог миграционной сделки с Турцией 2016 года, но уже со странами-соседями Афганистана – Узбекистаном, Таджикистаном, Пакистаном и, по некоторым данным, даже с Ираном. Этим странам в сумме планируется предоставить около 600 миллионов евро для того, чтобы они разместили людей, бегущих от талибов, на своей территории и не пустили их в Европейский Союз. Однако пока эти посылы особого энтузиазма ни в Ташкенте, ни в Душанбе, ни в Исламабаде не вызвали. Тегеран – тоже хранит молчание. Фото: boston.com

Афганистан: результат тотальной некомпетентности американцев

Пока во всем мире пытаются разобраться, как же так получилось, что Талибан* пришел к власти в Афганистане и установил контроль над большей частью страны, в поисках ответов GEOFOR обратился к Андрею Раевскому, который работал в Швейцарской службе стратегической разведки, а также в Институте ООН по исследованию проблем разоружения. Подробную биографию автора можно найти в конце материала. GEOFOR: Здравствуйте, уважаемый г-н Раевский! Спасибо, что находите время и силы на то, чтобы ответить на наши вопросы. 15 августа мир с сожалением был вынужден констатировать, что Афганистан в том виде, в котором он просуществовал почти два десятилетия, пал. Ни 20 лет американского присутствия, ни 2 триллиона долларов не помогли Кабулу показать хоть какую-то боеспособность. В итоге страна перешла под контроль талибов всего за несколько месяцев. Как вы считаете, почему обстоятельства сложились именно таким образом? Раевский: Над ответом на этот вопрос сейчас работает, я сказал бы, вся планета. Есть много очень противоречивых версий. Есть те, кто говорит, что это был спланировано давно. Есть также и те, кто говорит, что нет, все произошло хаотично, стало итогом сложившейся ситуации и победы «гениального» Талибана* и так далее. Я придерживаюсь несколько иной версии – я не вижу тут никакого плана. И главное, что нужно, по-моему, понять, это то, что ситуация в Кабуле, в первую очередь, зависит от тотальной некомпетентности американцев. В России очень часто думают, что западные дипломаты, старшие офицерские чины и главы правительств – все очень умны, коварны, строят черные планы, которые они потом приводят в исполнение. Это не совсем так. Да, они черные и коварные, но отнюдь не совсем такие уж умные. Обычно, уровень компетентности, говоря военным языком, реально застревает где-то на уровне полковника. Всё, что идет выше, это уровень политических назначений. А политические назначенцы совершенно бестолковые. Это типично. Во всяком случае, они непрофессионалы. Это – во-первых. Во-вторых, вооруженные силы США очень – резко – отличаются от Вооруженных Сил Российской Федерации. Они, скорее, как корпорация американская. И их командующие, скорее, как гендиректора каких-нибудь крупных корпораций на Западе. Они – менеджеры, в лучшем случае. Они не настоящие вояки, не «псы войны», не люди, которые понимают войну и в ней участвовали и ее, кстати, много изучали. Это все не так. А так называемое «западное военное экспертное сообщество», в котором я, увы, когда-то участвовал, могу сказать, вообще находится на грани тотальной никчемности. Толку от него никакого. Потому что первый вопрос, который возникает насчет Кабула, это: «Как могли все западные военные разведки, всех стран НАТО и все разведслужбы США настолько просчитаться?» Ответ, обычно такой: «Они совсем не просчитались; это всё было тщательно продумано». Я с этим совершенно не согласен. Скорее всего, твердых доказательств привести не могу, но мой опыт и мои знания говорят о том, что произошло следующее. Байден был выбран на идеологии woke**. Значит, он должен себя позиционировать как анти-Трамп. Но, с другой стороны, Трамп сделал нечто очень странное. Он был республиканец, такой истерический патриот. Но войн-то он не начинал. И сам Трамп тоже говорил, что надо уйти из Афганистана. Значит, «либералу» (это слово я ставлю в кавычках, по-настоящему, никакой глубокой разницы в их идеологиях нет, это две формы империализма) Байдену было очень трудно, но и важно как-то показать, что он, во-первых, сильный человек, и, во-вторых, продемонстрировать, на что он способен. Кстати, я убежден, что он страдает старческой сенильностью. В России все говорят, начиная от Путина, и заканчивая аналитиками, что Байден совсем не такой глупый. Но, конечно, дело не в уме Байдена, а в его реальных способностях управлять таким сложным аппаратом. Для этого требуется не только не совсем постаревший ум, но железная воля, много очень важных навыков (правда, эти навыки у него есть) но - и влияние на бюрократов. Я не верю, что у него такое влияние есть. Короче говоря, я веду к следующему - по-моему, Байден дал приказ: «У нас не будет другой возможности покончить с этой войной, хватит, толку никакого, уходим.» Приказ был дан, в общем-то, правильный. Я считаю, что правильный. Но вот исполнители этого приказа на всех уровнях – начиная от советников, которые в этот момент Байдену детально не объяснили, что это реально подразумевает, и заканчивая тотальными идиотами в Баграме (которые раздают детям воду в бутылках из-под минералки, не понимая, что для военных это позор – не иметь реальных цистерн и канистр! Если бы американская армия была настоящей армией, они могли бы вымыть всех этих беженцев, поставить вокруг охрану и спокойно выйти.) Дело в том, что они уже не действующая армия! Что показывает ситуация с Кабулом, так это фантастическую неспособность американских вооруженных сил толково исполнить хоть какой-нибудь приказ. Они просто недееспособны! Что они реально хорошо умеют, так это пропаганду разводить, продавать бракованное оружие, уверять, что они самые лучшие-сильные в мире и более-менее на этом всё! То есть, аналитический потенциал вооруженных сил США мизерный. Они стали «лидерами мира» только из-за Второй мировой войны, только из-за того, что Советский Союз и Европа так сильно в это войне пострадали. А континентальные США вообще – нет. Вот почему они управляют всем этим миром. Совсем не потому, что они толковые и умные аналитики или опасные, скажем, и подготовленные империалисты типа, например, англичан. Англичане тут на голову выше и опаснее американцев. У англичан, хоть и кулаки маленькие, но мозги работают. А у американцев кулаки гигантские, но вот с мозгами проблема. Так что, я должен сказать, что ответ на ваш вопрос, почему именно так сложилось, таков: «А потому, что по-другому быть не могло. Это – всё, на что способны американские вооруженные силы, по моему мнению.» Единственное возможное исключение – подводный флот и ядерное стратегическое оружие. Это у них еще работает более-менее по нормативам. Все остальное – один сплошной ужас и позор. Куда только ни посмотри. И это не только Кабул; это – повсюду. GEOFOR: Были ли шансы у афганской армии, которая была по меркам региона хорошо вооружена и, вроде бы, даже неплохо подготовлена? Раевский: И тут я сразу подумал: «Грузия, Саакашвили». Они тоже были «прекрасно» подготовлены, и в них втюхали огромное количество денег. Кстати, как и в Афганистан. Итог такой же – совершенно небоеспособная армия. Дело в том, что, в первую очередь, ядро, стержень, спинной мозг армии это – воля. Воля каждого отдельного солдата и ясное, четкое понимание того, зачем и почему он делает то, что он делает. Этого у американцев вообще нет. У них, по сути-то, вообще ни одной патриотической войны не было. Не то, что какой-то большой, а вообще ни одной. Так что, ничего другого я от них и не ожидал. Случилось, наверное, так. Конечно, в Кабуле и в некоторых других регионах они создали малые отряды специального назначения, которые, наверное, даже и неплохо подготовлены. Они то же самое делали в Сирии, кстати. Но американцы быстро теряют контроль над своими союзниками. Точно то же самое мы наблюдаем в Ираке, где так называемые «американские союзники» работают с Тегераном против Вашингтона. Так что, мы видим это повсюду. В первую очередь, чтобы обучить и подготовить армию, нужно понимать её психологию, культуру и историю. Не говоря уже о языке. У американцев все это отсутствует тотально. Прошу заметить, что американских союзников бьют всегда и повсюду, кстати. Может быть, и есть какие-то исключения, но я их сейчас не могу припомнить. Если и есть какой-то пример, то будет носить, скорее всего, тактический характер. В общем и целом, американцы показали себя удивительно неспособными империалистами. На редкость неспособными. Если бы не было англичан, чтобы им помогать, и – как это сказал Путин? – «подхрюкивающих» европейцев, они вообще ничего не смогли бы ничего толком сделать – начиная с тотальной нехватки языковых специалистов. А без языка – какая аналитика? А без аналитики – какие мозги? Хоть у них и самая огромная армия в мире, толку-то от нее никакого GEOFOR: Может, это было предательством со стороны высшего руководства страны? Раевский: Постановка вопроса неправильная. Высшее руководство страны не могло предать никого – ни афганцев, ни своих же американцев потому, что это высшее руководство страны никогда не давало никакой присяги ни американскому, ни какому другому народу. Да я знаю, президент выступает и говорит: "Я торжественно клянусь (или подтверждаю), что буду добросовестно исполнять обязанности Президента Соединенных Штатов и буду в меру своих возможностей сохранять, защищать и защищать Конституцию Соединенных Штатов." Думаю, что анализ Маркса в этом случае дает лучший результат – это классовая борьба управляет страной в США, а не какая-то группа маленьких лиц типа, скажем, высшей тысячи американских начальников. В США, как и в бывшем Советском Союзе, существует номенклатура. И вот эта номенклатура – я её просто называю «американской номенклатурой», но не настаиваю на этом выражении – и вот эта номенклатура коллективно решает вопросы внешней политики векторно. Каждый «тянет одеяло» на себя изо всех сил. Все. Притом, одновременно. И корпорации, и разведки, и вооруженные силы, и банки – все тянут изо всех сил на себя. А итоговый вектор всего этого превращается в то, что люди называют «американской внешней политикой». И даже внутренней, кстати. Я не верю в то, что политика эта где-то долго разрабатывалась, потом применялась, и что то, мы сегодня наблюдаем, это результат такого эффектного заговора. Нет. Это результат реальной суммы политических и экономических векторов, существующих и действующих в американской системе, включая все её необходимые и естественные противоречия. GEOFOR: Несомненно, триггером для наступления талибов стал уход американских военных из страны. При этом представляется любопытным, что ряд разведывательных ведомств США уже давно прогнозировали неспособность режима Ашрафа Гани выстоять под натиском боевиков. Ошиблись они лишь в датах, считая, что Кабул падет осенью или зимой 2021 года, но никак, ни в середине августа. Как теперь американские политики и экспертные круги реагируют на подобный исход? Кто-то признает поражение? Или как Энтони Блинкен, несмотря ни на что, заявляют о победе Вашингтона и что все цели, поставленные перед Пентагоном, были достигнуты? Раевский: О реакции в США. Ну, во-первых, первые несколько дней, скажем, первые два дня, был хаос – тотальный хаос. Никто ничего не понимал, все кричали; был скандал, вопли. Скажем так – политическая истерика. Но, естественно, «глубинное государство» все это взяло под контроль, и уже сейчас тон резко переменился. Например, на CNN-ке и на других каналах сейчас регулярно появляются видеоролики о том, как американцы всех защищают, и что ситуация, в общем и целом, отнюдь не такая страшная, как она есть. Байден выступил очень неудачно, старался всё валить на предшественника. А Трамп быстренько взял, можно сказать, спич от Байдена, когда тот был в оппозиции, и сам его прочитал – то есть, обвиняет его в слабости, в некомпетентности. Сейчас говорят, что Россия и Китай – вот, что реально волнует Запад. Смогут ли Россия и Китай взять ситуацию под контроль и стать главными игроками в Афганистане? И ответ на этот вопрос, естественно, «да». Я прибавлю только Иран к этому списку. И те, кто сообразил это первыми, были, конечно же, англичане. Они в тотальной панике от этого, и у них бурно обсуждается вопрос о том, как сделать так, чтобы не позволить русским и китайцам взять Афганистан под контроль. Ответ был найден интересный – они готовы помочь Китаю и России. Это не шутка – это сказал министр иностранных дел: «Ой, давайте вместе работать с Китаем и с Россией, чтобы установить блага цивилизации в Афганистане». А если серьезно, то все на всех тычут пальцем и кричат: «Сам дурак!». И тут никто вину на себя не возьмет, и никакой «крайний», кстати, тоже не будет найден. Это не по-американски. Скажем, одного накажем. Нет-нет. Так не было при всех поражениях Трампа, заметьте. Когда их бомбардировка Сирии закончилась тотальным позором, то ни одного человека не уволили. Во всяком случае, официально. Опять-таки, тут традиция не столько военная, сколько корпоративная. В этом смысле первая задача – замять скандал. А потом уже разбираться внутри. А насчет неспособности западной аналитики все это предсказать я уже в ответе на первый вопрос заметил, что я считаю, что уровень западной аналитики более или менее сопоставим с газетным уровнем на том же Западе. Это я на полном серьезе. Во-первых, всегда быстро, дешево и просто пользоваться местной прессы, чтобы создавать видимость аналитики. Во-вторых, если все говорят одно и то же, то плыть по течению легко. Эти психологические механизмы очень сильно работают в западных государственных структурах, причем, по-моему, во всех. У них тут главное правило гласит: «Cover your ass», то есть, «первое – думай о себе и защищай себя». А что там делается в далеком Афганистане – нет, это никого не волнует. Это волнует власть в той степени, что имеет воздействие, причем, прямое и отрицательное на общественное мнение в США. В этом плане их это, правда, волнует. А кроме этого? Да, им совершенно наплевать! И еще. Мне нравится вот эта часть вопроса: «Кто-то признает поражение?» Задам встречный вопрос. А когда кто-то в Америке признавал поражение? Они даже операцию, наверное, самую позорную за всю историю 20-го века – высадку на Гренаде – даже это они представляют как великую победу! Доказательством этому то, что после этой операции выдано было больше медалей, чем в операции было участников. И это в операции, где они не могли справиться с несколькими кубинскими инженерами с «Калашами» в руках! Пришлось посылать 82-авиадесантную дивизию, чтобы спастись! Даже это у них победа! Они никогда не будут каяться. Когда они сбили иранский лайнер, что сказал президент? Что Америка никогда не просит прощения! Нет никто здесь не будет признавать поражения. Они будут, как «Титаник». Судно будет тонуть, а оркестр будет играть музыку – до конца. GEOFOR: Пожалуй, главный вопрос, который волнует сейчас мировое сообщество, это, что теперь ждать от Талибана? Как Вы считаете, новые власти Афганистана откажутся от внешней экспансии, или соседним государствам стоит готовиться к отстаиванию собственных границ? Раевский: Что теперь ждать от Талибана? Честно скажу: «Не знаю». Могу только гадать. У меня нет доступа к такой информации, чтобы уверенно предсказывать их поведение. Во-первых, как американские психологи любят говорить, «прошлое поведение – лучший предсказатель будущего поведения». Я думаю, что-то в этом есть, и судя по сценам, которые, все-таки, через Интернет проникают из Афганистана, ничего хорошего от Талибана ждать не надо. С другой стороны, сами талибы очень - очень, очень - стараются убедить всех и вся, что они не представляют никакой опасности для кого бы то ни было. Я думаю, что эта их позиция разумна. Они знают прекрасно, что если они действительно начнут «портить воздух» соседним государствам, то они получат сокрушающий военный удар не только от России или Китая, если они захотели бы заниматься уйгурами, но даже и Иран может так врезать по режиму Талибана, что они окажутся в большой опасности. К тому же талибы прекрасно знают, что север Афганистана, Панджшер – таджики, узбеки, хазарейцы – все они уже организуются. Сейчас война будет идти на севере. Это точно можно предсказать, поскольку был ультиматум Талибану. И, в общем, они, скорее всего, пытаются добиться выгодной переговорной позиции. Но риски войны очень реальные. И власть талибов не настолько прочна, как кажется. Они смогли быстро войти в Кабул просто потому, что там вся западная военная инфраструктура - как кость, пораженная остеопорозом. Там дырки были повсюду. Она хрустнула сразу, как только к ней притронулись. Это отнюдь не значит, что они сильные и настолько боеспособные. И, вообще, репутация афганцев как первоклассных солдат очень сильно преувеличена. Они – хорошие повстанцы, да. Но это не значит, что они способны вести реальные военные операции и, главное, сопротивляться странам и силам, которые на это весьма способны. К тому же, явно, англичане стараются сохранить хоть какое-то влияние в Афганистане. И европейцы тоже. Сын Ахмад-Шаха Масуда, который, вроде бы, работал и на Запад какое-то время и, кстати, по слухам, на ГРУ – его сын я не знаю, сейчас на кого работает. Но что у него уже есть явная поддержка в средствах массовой информации на Западе, это – точно. Значит, либо в Афганистане возобновится конфликт, и Афганистан снова будет разделен на зоны влияния, либо Запад через Масуда и Север добьется какого-то договора с афганским правительством. То есть, с талибами. Естественно, кому это невыгодно, по крайней мере, в этой форме, - это России и Китаю. Я думаю, что у этих двух стран долгосрочные перспективы в Афганистане очень хорошие. Дело в том, что, во-первых, сейчас все афганцы могут сравнивать советское присутствие и американскую оккупацию. Во-вторых, они все видели, что было в Сирии, зачастую лично. В-третьих, «бодаться» с Китаем им совершенно не нужно. В-четвертых, им позарез нужны деньги – значит доступ к банкам. В-пятых, даже если «средний талиб» - религиозный фанатик и ничего ни в чем не понимает, это не значит, что их главари уже не смогли научиться за все эти годы на своих ошибках. Так что, я сказал бы так – предсказать не могу, будет интересно, и у американцев ничего не получится GEOFOR: Как талибы будут справляться с внешней изоляцией, ведь их движение запрещено и в России, и в США, и многих других государствах, а также решением Совбеза ООН? Существует ли вероятность, что Китай решится на сотрудничество с талибами ради сохранения собственных экономических интересов в Афганистане? Раевский: Для Талибана реальная тотальная изоляция недопустима. Существует ряд возможностей. Во-первых, теоретически, есть такой вариант. Талибан сохраняет власть в Кабуле и доходит до какой-то минимальной договоренности, modus vivendi, со всеми главными акторами – то есть, с Ираном, Китаем, Россией, США, Англией, - чтобы все были бы «в доле», чтобы все получили бы «что-то». Это – идеальный вариант для правящих талибов. Насколько они на это способны – не знаю, сомневаюсь. Во-вторых, заметьте, что у них изоляция наблюдается не со всех сторон. У них есть под боком Пакистан, с которым Афганистан, в общем-то, слился. Это тоже возможный выход. Затем, есть разные выходы на, скажем так, «мутные» банки и временно созданные корпорации. То есть, любую изоляцию можно обойти. И если я не уверен в образованности элиты Талибана, то я не сомневаюсь в их определенной смекалке, которая позволит порождать хитрые комбинации, чтобы на этом зарабатывать. Деньги будут играть огромную роль. Например, - просто как теоретический вариант. Талибы могли бы сказать, что часть Афганистана они просто не будут «замечать». Не будут видеть, как там производят опиум. Одно только такое предложение откроет талибам любую дверь на Западе. Думаю, что Китай на сотрудничество с талибами согласится. Такая возможность, конечно же, есть. И то же касается России. Все государства, которые являются главными акторами в этой войне, заинтересованы не только в обретении рычагов максимального влияния на страну, но и в реальных богатствах этой страны, включая редкоземельные металлы и другие минеральные ресурсы. Талибан может быть запрещен в России, но Россия, ведь, не запретила Талибан в Афганистане. Кроме того, есть один принцип, которого русская дипломатия очень здорово придерживается – в отличие от западной дипломатии: «Дипломаты должны говорить со всеми». Абсолютно со всеми. Когда на Западе гордо говорят: «Мы не ведем переговоров с террористами!», это только признак глупости. Переговоры нужно вести всегда и со всеми. Вопрос состоит в следующем: «Как и какие переговоры вести, в каких условиях и на какие соглашения идти?» Но самый разумный подход – это переговоры. Всегда. Кто не помнит, я напоминаю, что Христос с Дьяволом тоже вел переговоры – минимальные правда; Он только цитировал Писание. Но Он тоже с ним вел разговоры. Есть время для всего – есть время для разговоров, есть время для войны. Но если такая страна, как Россия или Китай, может получить экономическую выгоду и политическое влияние и сделать это с режимом, который злобствует у себя, в своей стране, в пределах своих границ, то я не думаю, чтобы какое-нибудь государство – а не только Россия или Китай – отказалось бы от этого. Даже Лихтенштейн и Монако на это пойдут, не говоря уже о Ватикане. GEOFOR: И последний вопрос. Как вам видится в новых условиях региональная и геополитическая ситуация в регионе. До последнего времени помимо США и стран Запада в регионе в разной степени имели влияние Китай, Индия, Пакистан, Иран, Россия, страны Персидского залива. Как вам представляется возможная расстановка сил, кто может стать выгодоприобретателем от прихода во власть талибов? Раевский: Вот что принципиально: американцы доказали, что у них нет «длинной мохнатой руки». Во всяком случае, она у них не такая длинная, чтобы дотянуться до Афганистана или даже до нашей Средней Азии, и там реально решать вопросы. Они могут много чего наобещать, они могут раздать кучу взяток, они могут раздать оружие, и они могут политически поддержать. И на этом – всё. И это «всё» очень важно, потому что реально самая большая слабость Армии США это, естественно, сухопутные войска – то, что американцы называют «boots on the ground», то бишь, «сапоги на земле». И это их главная проблема. Потому что можешь сколько угодно воевать в небе, под водой, на морях, но, если у тебя нет сухопутной компоненты, на которую ты можешь реально рассчитывать, все остальные виды вооруженных сил могут уничтожать врагов и противника, но они не могут взять под контроль территорию. И это – главная их проблема. А вот соседи Афганистана могут. И у них весьма боеспособные войска. Под «соседями» я, кстати, имею в виду Иран – не Китай. Иран имеет реальную возможность оказывать там воздействие. И, естественно, Россия. Через союзников, Таджикистан, 201-ю базу и так далее. Если надо, то Россия может нанести огромный удар по афганцам, и они это прекрасно понимают. Будь я на месте талибов, я сказал бы, что их первоочередная задача сейчас – достичь либо официальные, либо полуофициальные соглашения со всеми соседями. Им сейчас невыгоден взрыв всего региона. Так что, в итоге это сводится к очень простому вопросу: «Кто может дать гарантии безопасности Талибану?». Вот те страны, которые могут это сделать, будут иметь самое сильное влияние. Те, которые не могут этого сделать, будут иметь самое слабое влияние. К этому нужно еще прибавить, что очень многие афганцы помнят советский контингент в Афганистане. Многие из них учились в России по разным причинам. Я бы сказал, что самым влиятельным игроком в Афганистане будет Россия. Китай? Финансово – да. «Держать намордник» на Талибане? Иран тоже может это делать очень эффективно. Сочетание России и Ирана, я думаю, уже достаточно, чтобы талибы поняли, что с ними воевать не надо. В заключение хотелось бы добавить только один комментарий. Я думаю, что нам всем очень трудно понять это явление – Талибан. Это, в общем-то, очень странная секта, которая происходит из секты «деобанди». Я думаю, что реально очень трудно предсказать их действия. Но нужно признать один факт: большая, даже существенная, часть населения Афганистана их действительно поддерживает потому, что они мусульмане с очень строгими взглядами деобандийского толка, или потому, что они наводят порядок при помощи плёток, или потому что они уничтожают опийные поля, выступают против взяток и так далее. Я не знаю, почему. Скорее всего, причин этому много. Но я думаю, что Талибан куда более реально представляет население Афганистана, чем бывшие, скажем, правительства. И из-за этого планы свержения Талибана и замены их кем-то другим, все провалились. Мне кажется, что, наверное, было бы мудро больше не пытаться их «валить», а как-то попробовать их сдержать и со временем посмотреть, что получится. Время, я думаю, не на стороне талибов, как ни странно, потому что хоть сейчас они и имеют поддержку как повстанцы, надо еще посмотреть на их способность действовать как власть. Я лично думаю, что без помощи извне им никуда. * Движение «Талибан» по решению Верховного Суда РФ от 14.02.2003 г. признано террористической организацией, ее деятельность на территории РФ запрещена. ** wokism (от woke) — политический термин афроамериканского происхождения. Имеет отношение к осознанному пониманию вопросов, касающихся социальной справедливости и расовой справедливости. Это происходит от афроамериканского простонародного англоязычного выражения stay woke (проснись, будь начеку). К концу 2010-х годов «Wоke» был принят в качестве более общего жаргонного термина, широко связанного с политикой левого толка, с социально-либеральным «делом», с феминизмом, с активностью ЛГБТ и культурными проблемами (при этом также использовались термины «культура пробуждения» и «политика пробуждения»). Термин был предметом мемов, иронического использования и критики. Его широкое использование с 2014 года является результатом движения Black Lives Matter. Андрей Раевский родился в Цюрихе, Швейцария, отец — голландец, мать – русская из семьи белоэмигрантов. Глубоко и искренне верующий, прихожанин ИПЦ Греции. Имеет степень Licentiate in Orthodox Theological Studies (кандидат православного богословия) от Центра Традиционалистских Православных Исследований в монастыре Св. Григория Паламы в г. Этна, шт. Калифорния (the "Center for Traditionalist Orthodox Studies" (CTOS) at the Saint Gregory Palamas monastery in Etna, California). В 1984 году поступил на действительную военную службу в подразделение радиоэлектронной борьбы, а затем был переведен в службу военной разведки в качестве специалиста по языку, работал в интересах ВВС Швейцарии. Затем переехал в США, где получил степень бакалавра по международным отношениям в Школе международной службы (School of International Service, SIS) Американского университета (American University) и степень магистра по стратегическим исследованиям (Strategic Studies) в Школе углубленных международных исследований им. Пола Н. Нитце Университета Джонса Хопкинса (Paul H. Nitze School for Advanced International Studies (SAIS) at the Johns Hopkins University). По возвращении в Швейцарию работал гражданским консультантом (на должности, соответствующей воинскому званию «майор») в Швейцарской службе стратегической разведки (Swiss Strategic Intelligence Service, SND), готовил стратегические аналитические материалы, прежде всего, о советских/российских вооруженных силах. Работал специалистом по «вражеским операциям» («Красная команда» (Red Team) на американском военном жаргоне) для подготовки личного состава оперативного уровня Генерального штаба вооруженных сил Швейцарии. Позднее работал в Институте ООН по исследованию проблем разоружения (ЮНИДИР — UN Institute for Disarmament Research, UNIDIR), где специализировался на тактике и операциях миротворческой деятельности. Написал книгу о психологических и разведывательных операциях в миротворчестве и четыре книги – собраний сочинений «Содержательный Saker» (The Essential Saker). Владеет русским, английским, французским, испанским и немецким языками. Гражданин Швейцарии. Проживает в штате Флорида. Фото: thesun.co.uk

Талибан побеждает, чего ждать дальше

Обстановка в Афганистане обостряется с каждым днем, боевики запрещенного в РФ террористического движения «Талибан» находятся уже не только на подступах к столице – Кабулу, но и захватили позиции на некоторых его окраинах. Напомним, талибы начали активные наступательные действия после того, как США приняли решение о выводе своих войск и начали его реализовывать. Конечным сроком, когда военные должны были покинуть страну, американцы называли 11 сентября. Однако темпы вывода, который все больше походит на бегство, таковы, что Вашингтон уже говорит о его завершении в конце августа, а возможно, и раньше. Поскольку, по официальным данным Пентагона, к середине июля американцы уже вывели 95 % своего контингента. По данным аналитиков Института Ближнего Востока (ИБВ), талибы взяли под свой контроль все контрольно-пропускные пункты на границе Афганистана с Ираном и Туркменистаном, захватив ключевые пункты Ислам Кала (граница с Ираном) и Торгунди (граница с Туркменистаном) в провинции Герат. Что касается границ с Узбекистаном и Таджикистаном, то там они тоже контролируют практически все основные участки. На момент написания этого материала «Талибан», по усредненным экспертным оценкам, контролировал не менее 40 % территории страны. Хотя сами талибы заявляют о 85%. И если еще весной западные аналитики прогнозировали, что переход под контроль талибов всего Афганистана, включая столицу, займет от двух до трех лет, то сегодня уже очевидно, что до смены режима в Кабуле остались считанные месяцы. Если не недели. Обострение ситуации в стране и перспектива возвращения к власти талибов спровоцировала бегство населения в сопредельные страны. Еще несколько недель назад речь шла о десятках, максимум, сотне перебежчиков в день, причем это были исключительно афганские военные, вынужденные в ходе боев выходить на сопредельные территории. Теперь же речь идет о мирных гражданах, семьях с детьми, домашним скарбом, а то и с домашними животными. О масштабах бегства афганцев можно судить по недавнему (16 июля) заявлению премьер-министра Пакистана Имран Хана, который в ходе международной конференции «Центральная и Южная Азия. Региональная взаимосвязанность. Вызовы и возможности» сообщил, что на территории его страны уже скопилось порядка трех миллионов афганцев. Коль скоро мы коснулись этой конференции, которая проходила в Ташкенте, и в работе которой приняли участие представители более 40 стран, продолжим. Изначально планировалось, что на ней будут обсуждаться вопросы экономики, развитие стран региона, международные связи и т.д., однако события в Афганистане внесли в повестку дня серьезные изменения. Жесткую оценку происходящему дал глава российского МИД Сергей Лавров, представлявший Россию на этой конференции: «К сожалению, в последние дни мы стали свидетелями стремительной деградации ситуации в Афганистане. В свете спешного вывода контингентов США и НАТО резко возросла неопределенность развития военно-политической обстановки в этой стране и вокруг нее. Очевидно, что в нынешних условиях существуют реальные риски перетока нестабильности в сопредельные государства». В той или иной степени, точку зрения российского министра разделило большинство участников встречи. Большинство, но не все. Показательно в этом плане было выступление главы дипломатии ЕС Жозепа Борреля, который заявил буквально следующее: «Вызовы в Афганистане требуют немедленного и коллективного ответа. Сохранение мира и стабильности в Афганистане — это общая цель, общая ответственность всех нас, собравшихся здесь сегодня». Неплохо у дедушки получается: два десятки лет Штаты и их союзники, где ключевую роль как раз и играли страны, входящие в Евросоюз, со всей дури утюжили Афганистан, нанося ракетные, бомбовые и артиллерийские удары по объектам инфраструктуры, кишлакам, караванам с продовольствием, свадебным шествиям… Причем, так называемые, «сопутствующие потери», т.е. мирные жители, включая женщин, стариков и детей, во многие разы превосходят потери среди тех, с кем официально боролась коалиция. И теперь, после того, как страна оказалась практически полностью разрушена, ответственность за мир и стабильность в ней, а значит и за её восстановление, возлагается на других. Это что Киргизия или Таджикистан будут восстанавливать соседнюю страну и утихомиривать враждующие стороны? Не можем пройти мимо еще одного пассажа маститого дипломата. Он призвал Афганистан обеспечить себе «зеленое будущее». Поскольку в мусульманских странах зеленый цвет в первую очередь ассоциируется со знаменем Пророка, можно было подумать, что Баррель призывает к созданию Исламского Эмирата Афганистана, за что, кстати, и борются талибы. Однако с уничтожения этого самого Эмирата коалиция под руководством США и начала свою операцию на афганской земле. Потом все-таки стало ясно, что Баррель имел в виду вопросы экологии. Хотя о какой природоохранной деятельности могут думать сейчас люди, которым просто нечего есть, нередко негде жить и откровенно боящиеся за свое будущее. Возвращаясь к проблеме беженцев, необходимо отметить, что талибы не скрывают, что помимо военнослужащих армии Афганистана, значительная часть которых подлежит физическому уничтожению, как и члены их семей, под угрозой смерти находятся и те, кто в той или иной форме был связан с иностранными военными. И тут все равно, в качестве кого и как долго они работали переводчиками, водителями, младшим медперсоналом, уборщиками, поварами. Однако судьба этих людей американцев особо не трогает. В срочной эвакуации в США им однозначно отказано. Известно, что Вашингтон обратился с просьбой к Узбекистану разместить на своей территории афганцев, которые работали на американскую армию. Вроде бы временно, до решения вопроса об их размещении в других странах. По информации Bloomberg, аналогичные запросы получили также Таджикистан и Казахстан. Пока Ташкент, Душанбе и Нусултан думают. А талибы тем временем берут под свой контроль новые участки афгано-узбекской и афгано-таджикской границы, оставляя для беженцев всех мастей все меньше шансов на спасение. Вот уж действительно, прав был отец нынешнего короля Иордании, который как-то раз заметил, что врагом Америки быть опасно, однако быть её другом опаснее вдвойне. Также пока остается открытым вопрос о возможности США использовать базы для своих ВВС в Киргизии и Узбекистане для поддержки с воздуха афганских войск, оказывающих сопротивление отрядам «Талибана». Кроме того, в американских СМИ промелькнула информация о том, что в качестве дополнительного аргумента Вашингтона фигурирует тезис относительно возможности использования авиации США против талибов в случае, если они нарушат границу со своими северными соседями. Звучит довольно-таки провокационно, поскольку в свое время Узбекистан раньше, а Киргизия чуть позже буквально выдворили американцев со своих авиабаз. Кроме того, Казахстан, Киргизия и Таджикистан являются членами ОДКБ. А что касается Узбекистана, который за годы президентства Ислама Каримова, который пару-тройку раз то входил, то выходил из ОДКБ (ох уж эта многовекторность, кто только от неё не страдал), то у него имеются соответствующие двусторонние договоренности с Россией. И российские инструкторы, как нам известно, в республике в настоящее время работают, как и в Таджикистане, где кроме того находится 201-я российская военная база, личный состав которой активно взаимодействует с местными военными. Так что защита от прямого нападения у наших южных соседей есть. Но этим, к сожалению, угрозы из Афганистана вряд ли ограничиваются. Нам могут возразить, что еще недавно в Москву приезжали представители Движения, которые заверяли российскую сторону, что у «Талибана» нет планов расширения своего влияния на сопредельные страны, что единственной целью талибов является смена режима в Афганистане и воссоздание уничтоженного американцами Исламского Эмирата, страны, живущей по законам Шариата. Звучит обнадеживающе. Но давайте вспомним, откуда есть пошел «Талибан» и что он собой представляет в настоящее время. Так вот, это движение было создано военной разведкой Пакистана для проведения террористических акций и боестолкновений на территории Кашмира против Индии. Изначально это была компактная группа в несколько десятков мотивированных крайних исламистов, прошедших необходимую подготовку для той деятельности, которую им предстояло вести. Однако вскоре планы кураторов изменились, и талибы было переброшены на афганское направление. Дело в том, что после вывода советских войск между группировками моджахедов началась жестокая война за первенство. Талибам довольно быстро удалось частично переподчинить себе, частично физически уничтожить лидеров, конкурирующих больших и малых бандформирований и в конце концов создать тот самый Исламский Эмират Афганистана, государство, которое было признано Пакистаном, Саудовской Аравией и еще двумя-тремя странами поменьше. В настоящее время «Талибан» представляет собой крупную, хотя и несколько рыхлую структуру, состоящую из нескольких крупных и средних группировок, которые иной раз начинают выяснять между собой отношения с помощью оружия. В то же время все эти группировки весьма жестко объединены исламистской идеологией, которая противопоставляет талибов не только иноверцам, но и приверженцам других, более умеренных форм того же суннитского ислама. В свое время от «Талибана» отпочковалась чисто пакистанская организация «Техрик-и-Талибан Пакистана» (ТТП) (также запрещенная в России), известная как «пакистанский Талибан», на совести которой убийство 17 октября 2007 года видного пакистанского политика, дважды премьер-министра этой страны Беназир Бхутто. Естественно, связи между двумя организациями имеется, что весьма волнует официальный Исламабад. Из других партнеров по террористической деятельности можно назвать идеологически очень близкую талибам и запрещенную в РФ «Аль-Каиду», включая все её филиалы, под какими бы названиями они не скрывались, сепаратистские организации в пакистанском Белуджистане. Кроме того, следует обратить внимание на этнические исламистские группировки типа «Исламское движение Узбекистана» (еще одна запрещенная в России террористическая организация), которые сформированы из граждан среднеазиатских республик, имеют по ту сторону границы друзей, родственников. Эти группировки, формально самостоятельные, но тесно сотрудничающие с «Талибаном» более четверти века, уже в ближайшей перспективе могут представлять непосредственную опасность с точки зрения проведения террористических актов на постсоветском пространстве. И не только в регионе Средней Азии. При этом талибы регулярно примыкают к той стороне, которая больше платит. Часть из них охотно меняла белые флаги «Талибана» на черные знамена запрещенного в России «Исламского государства» (ИГИЛ). Таком образом, сегодня нельзя исключать и вероятность возрождение «Исламского государства», но уже на территории Афганистана. В свою очередь ряд американских экспертов отмечает, что террористические группировки, действующие против Индии, такие как «Джаиш-е-Мохаммад» и «Лашкар-е-Тайба», будут иметь больше возможностей для проведения операций благодаря своим связям с «Талибаном». А также подчеркивают, что угроза терактов, наплыва беженцев будет нарастать и для Запада. Возвращаясь же к московской встрече с представителями политического крыла «Талибана», которые, кстати, на постоянной основе обитают в Дохе, столице Катара. Думается, что эти люди, которые может быть и совершенно искренне хотят ограничить деятельность своей организации Афганистаном, вряд ли смогут это сделать. Так что, как это ни печально, но у России дополнительно к украинско-белорусской и закавказской появилась третья точка напряжения – среднеазиатская. Не многовато ли… Фото: culturedup.com

Афганистан: американцы уходят. Что дальше?

В потоке праздничных сообщений о праздновании Пасхи и Дня Победы как-то затерялась информация о том, что 2 мая в провинции Гильменд, что на юге Афганистана, под контроль местной армии была передана военная база США. Американские наблюдатели, которые это событие, естественно, не пропустили, рассматривают его, как переход к практической реализации намерения президента Дж.Байдена вывести все американские войска к 11 сентября. То есть к двадцатилетию атаки на башни-близнецы в Нью-Йорке, что стало поводом для введения войск США и созданной ими коалиции в Афганистан. Кстати, основная часть военных объектов, которые контролируются США и их союзниками, согласно утечкам из силовых структур Афганистана, должна быть передана под контроль Кабула уже к июлю. По всему видно, что администрация явно торопится покинуть страну, где США двадцать лет с различной степенью интенсивности вели боевые действия с практически нулевым результатом. И, что примечательно, вывод войск – это чисто политическая акция и проводится несмотря на недовольство Пентагона и ЦРУ. Ее целью, по сути дела, является укрепление позиций демократической партии среди избирателей с прицелом на промежуточные выборы, которые состоятся уже через год, а возможно, и будущую президентскую кампанию. Не то, чтобы военные и разведчики резко выступали против вывода войск, но утечки в СМИ из этих далеко не последних федеральных ведомств США доводят до общественности их озабоченность, во-первых, темпами вывода: слишком быстро, а, во-вторых, тем, что они официально полностью лишаются присутствия в Афганистане. А это якобы развяжет руки «мировому терроризму». Звучит благородно. Однако напомним, что присутствие солдат коалиции, возглавляемой США, не помешало части недобитков Исламского Государства (ИГИЛ – террористическая организация, запрещенная в России) перебраться в Афганистан и разместиться в нескольких точках страны, включая районы, граничащие с республиками Центральной Азии. Так что забота американских силовиков о борьбе с мировым злом сильно смахивает на лукавство. И еще одна деталь, касающаяся вашингтонской политической кухни. «Инициатива Байдена» относительно вывода всех американских военных из Афганистана на самом деле является реализацией тех договоренностей, которые были достигнуты командой Дональда Трампа на излете его президентства. В ходе переговоров с движением Талибан (запрещенная в РФ террористическая организация) было принято решение о выводе войск США в мае. Так что Байден просто-напросто выдержал паузу и приурочил сроки вывода к печальной дате. При этом согласовать этот вопрос с талибами американская сторона не удосужилась. А теперь попытаемся разобраться, что творится в настоящее время в Афганистане и чего можно ждать после вывода из страны иностранного контингента. Решение Вашингтона перенести сроки окончательного вывода своих военных с конца весны на начало осени в руководстве Талибана расценили как отказ от достигнутых ранее договоренностей. А они, в частности, предусматривали обоюдный отказ от боевых действий между солдатами коалиции и талибами. На правительственные афганские войска эти договоренности не распространялись. Вопросы, связанные с замирением официального Кабула и Талибана должны были решаться в ходе двусторонних переговоров, которые велись в Турции. В результате «инициативы Байдена», рассерженные представители Талибана не только прекратили свое участие в переговорах с Кабулом, но и продемонстрировали свое недовольство путем обстрела военных объектов, которые контролируются американцами. В этой связи сообщается о двух ракетных и артиллерийских атаках, совершенных в марте на секретную базу, где расквартирован антитеррористический контингент ЦРУ, а также о нападении в начале апреля на аэродром, который используют афганские и американские военные. И похоже это – только начало. Поскольку обстановка в стране все больше накаляется. В настоящее время расстановка сил в Афганистане, как её оценивают знающие регион эксперты аналитического британского центра Economist Intelligence Unit (EIU) такова: отряды талибов полностью контролируют 20 % афганской территории, а еще 40-50 % британцы относят в «спорным», где отряды Талибана и правительственных войск фактически перемешаны. Однако возможность Кабула удерживать после ухода американцев пока в целом хоть и шаткое, но все же равновесие, представляется проблематичным. По прогнозам тех же британцев, талибы с высокой степенью вероятности уже к концу текущего года расширят территории, которые ими контролируются, за счет выдавливания правительственных войск и администраций из ключевых провинциальных центров (Кандагар, Мазари-Шариф, Герат и Джелалабад). После чего они сосредоточатся на зачистках захваченных территорий, а затем – на захвате столицы. По предварительным оценкам EIU, на это потребуется два-три года. Не больше. Однако в экспертной среде есть опасения, что в конфликт между Талибаном и Кабулом может вмешаться ИГИЛ, который пока лишь ограничивается небольшими стычками с правительственными войсками. В перспективе же переместившиеся с Ближнего Востока террористы могут поставить Кабул в положение «войны на два фронта». Тут необходимо обратить внимание еще на один момент: вывод иностранных войск из Афганистана неизбежно усилит позиции региональных держав. А именно – Ирана и Пакистана, которые будут пытаться вести там собственную игру, оказывая на Кабул и ситуацию в стране в целом влияние. Пока что оба соседних с Афганистаном государства обещают официальным властям поддержку. Например, не дожидаясь вывода войск коалиции, еще в декабре прошлого года Тегеран уже предложил афганскому руководству свою помощь в борьбе с ИГИЛ, что могло бы способствовать афганской армии максимально сосредоточить свои силы и средства на борьбе с Талибаном. В частности, Иран предложил использовать против отрядов Исламского государства и его, пока спящих ячеек, афганскую шиитскую организацию Fatemiyooun Brigade, которая поддерживается Тегераном, но пока находится вне схватки. Следует отметить, что это боевое милицейское формирование, воевавшее против ИГИЛ в Сирии готово снова встретиться с известным ему противником. Причем, на что делает упор Тегеран, под руководством командования Афганской национальной армии. Однако, думается, что пока Кабул будет выдерживать паузу, не говоря ни да, ни нет. И воспользуется предложением Тегерана в случае, если ситуация будет для него действительно безвыходная. Дело в том, что афганское руководство опасается, что подключение к боевым действиям этой бригады легко может спровоцировать активизацию афганских племен, исповедующих шиитское направление ислама, и привнесет во внутреннее афганское противостояние еще и межконфессиональное направление. Действительно, вот только этого Афганистану не хватало. Что касается Пакистана, то хотя на его территории и под эгидой его военной разведки продолжает располагаться руководство Талибана, его учебные центры и тренировочные лагеря, преувеличивать возможности Исламабада влиять на ситуацию в Афганистане, особенно в случае прихода к власти талибов, явно не стоит. На это указывает в частности то, как выстраивались отношения между двумя странами до начала американской интервенции, когда талибы правили страной. Тот факт, что ВВС США продолжат с пакистанских аэродромов поддерживать боевые действия нынешнего кабульского режима против талибов, вряд ли будет способствовать выстраиванию добрососедских отношений между двумя странами, когда произойдет смена режима. Ну да это – дело будущего, хотя и недалекого. Что же касается ближайших месяцев, то тут за океаном высказываются диаметрально противоположные мнения. Администрация надеется, что ей удастся еще до окончательного вывода войск, вновь запустить диалог Кабула и Талибана, который в идеале должен привести к прекращению боевых действий. Тогда, уже после ухода американцев и их союзников, повестка дня сузится до вопросов создания новой афганской конституции и роли ислама в этом основополагающем документе, формирования новой политической системы и т.д. Верит ли действительно Вашингтон в реалистичность такого сценария или просто вешает широкой публике лапшу на уши, сказать пока трудно. Но что-то подсказывает, что второй вариант больше соответствует действительности. А вот что можно прогнозировать с достаточно высокой степенью вероятности, так это перспективу «горячих проводов» заокеанских военных и их союзников. Ведь недаром для обеспечения эвакуации людей и техники в Афганистан направляется дополнительный воинский контингент, в задачи которого помимо вопросов логистики входит и обеспечение безопасности. Что официальным Вашингтоном признается. Вашингтонский исследовательский центр IHS Global Insight в этой связи прогнозирует, что в ближайшее время следует ожидать активизации боевиков Талибана, мишенями которых будут военные базы и другие объекты американских военных. В их числе называются международный кабульский аэропорт и авиабаза Баграм. В этих целях, как считают американские аналитики, будут использоваться неуправляемые ракетные установки, «джихад-мобили», управляемые смертниками, реже – нападения мобильных диверсионно-террористических групп. Так что наступающее афганское лето обещает быть для американцев жарким. Как и осень для их кабульских ставленников. Фото: spiegel.de

Уйдут ли США из Афганистана в мае 2021?

В результате прошедших в Москве 19 марта консультаций представители правительства Афганистана и радикального исламистского движения «Талибан» (запрещенная в РФ террористическая организация) было достигнуто принципиальное соглашение об ускорении мирных переговоров. «Мы выразили готовность ускорить процесс», – заявил российскому агентству «РИА Новости» председатель Высшего совета Афганистана по национальному примирению Абдулла Абдулла. Напомним, в мероприятии также принимали участие представители США, Китая, России и Пакистана. А основной их целью была активизация переговоров между афганским правительством и талибами, которые ранее проходили в столице Катара – Дохе. Тогда диалог зашел в тупик после обвинений представителей «Талибана» в том, что боевики не смогли остановить насилие. Возвращаясь к московским событиям, в Институте Ближнего Востока (ИБВ) отмечают, что в совместном заявлении, состоящем из десяти пунктов, подчеркивается призыв к талибам не начинать новое наступление, которое ранее планировалось на весну 2021 года. Также акцент делается на том, что все четыре указанные нами ранее государства выступают категорически против восстановления Исламского Эмирата в Афганистане. Позиция США в данных переговорах, которая хоть вроде бы и направлена на поддержку правительства в Кабуле, все же создает помехи и обстановку неопределенности. Главным образом, как отмечают в ИБВ, из-за постоянного пересмотра Белым домом своей политики в Афганистане. В недавнем письме афганским властям Госсекретарь США Энтони Блинкен предложил активизировать усилия по «более основательному и ускоренному продвижению» к урегулированию и к постоянному и всеобъемлющему прекращению огня. При этом он также считает необходимым провести переговоры на уровне министров с участием России, Китая, Пакистана, Ирана, Индии и, само собой, США. Что интересно, хоть Россию американский дипломат и «добавил» в список переговорщиков, но вот место проведения решил сменить – на Турцию. Думается, что мы будем недалеки от истины, если предположим, что подразумевался Стамбул. Впрочем, если верить сообщениям NBC , основной целью США является вывод американских войск из Афганистана чуть ли не к 1 мая. Что, впрочем, подразумевается и соглашением между Соединенными Штатами и талибами. Тем не менее, в американском аналитическом центре IHS Global Insight отмечают, что администрация Джо Байдена будет настаивать на неполном выводе своих военных. С этим тезисом отчасти согласны и в ИБВ, подчеркивая, что подобное решение порождает множество вопросов. В том числе и в отношении существующих обязательств Белого дома, а также проблем региональной и глобальной безопасности. Американские аналитики подчеркивают, что в Белом доме дали понять, США будет продолжать в значительной степени следовать мирным усилиям администрации Трампа в Афганистане, следовательно, продолжать взаимодействовать с «Талибаном» в рамках соглашений 2020 года. Тем не менее, все более очевидно, что команда Байдена не намерена осуществлять полный вывод американских военных. Тем более к маю. Еще слишком свежо в памяти американских политиков обострение боевых действий между кабульским правительством и талибами, а также то, как быстро зашли в тупик переговоры в Дохе. По мнению экспертов Global Insight , главная проблема заключается в том, что вывод войск без внутреннего соглашения подорвет переговоры, и позволит талибам нанести военное поражение кабульскому правительству. Поэтому администрация Байдена будет настаивать на прекращении огня, а также оказывать давление на президента Афганистана Ашрафа Гани, чтобы он согласился на создание переходного правительства. Ключевой же задачей для американцев является улучшение ситуации в вопросах безопасности в Афганистане до такой степени, чтобы вывод американских войск был приемлемым к маю, предоставив участникам переговоров возможность сконцентрироваться на сугубо политических вопросах. Таких, например, как роль Ислама в новой конституции, интеграция боевиков «Талибана» в государственные силы безопасности и формирование новой политической системы. В Global Insight считают, что для реализации подобных планов существует несколько приемлемых сценариев, которые включают в себя как прекращение огня, так и сокращение насилия, а также формирование переходного правительства, включающего талибов. При этом, вероятнее всего, речь пойдет о втором пункте, так как сокращение насилия — это то, на что в талибы, как следует из их же заявлений, согласны. Тем не менее, учитывая жесткие временные рамки, а также то, что афганские власти не согласны на временное правительство без проведения выборов, думается, что к маю американские военные точно не покинут Афганистан. В случае если подобный сценарий реализуется на практике, и американские военные не уйдут к обозначенному сроку, талибы с большой долей вероятности возобновят свои атаки, нанося удары по американским объектам в Афганистане. Напомним, нападения прекратились в феврале 2021, когда было заключено американо-талибское соглашение. В случае, если команда Байдена не сможет договориться с талибами о возможном продлении военного присутствия, в новостях снова появятся регулярные сообщения о вооруженных нападениях, самодельных взрывных устройствах (СВУ), в том числе установленных на автомобилях, атаках на американские авиабазы, неправительственные организации (НПО), коммерческие и торговые представительства, а также на экспатриантов и дипломатический персонал в городских районах, особенно в Кабуле. Но даже при таком развитии событий, как считают в Global Insight , мирный процесс в целом будет продолжаться, хоть и затянется. Все заинтересованные стороны, в том числе и сами талибы, нуждаются в переговорах, которые, вероятно, в таком случае возобновятся ближе к концу 2021 года с обновленными сроками вывода американских войск. С другой стороны, нужно отметить, что даже если США и выведут своих военных в мае, это создаст ситуацию неопределенности, при которой внутриафганские переговоры будут сорваны, а начало очередной гражданской войны станет реальным в самые кратчайшие сроки. Впрочем, судя по заявлениям и действиям администрации Байдена, подобный сценарий маловероятен. Фото: Actuallno.com