Cтраница новостей Азия

Азия

Остров невезения

Визит спикера палаты представителей США Нэнси Пелоси на Тайвань, возможно, станет поворотным пунктом в китайско-американских отношениях Итак, Пелоси съездила на Тайвань. Сейчас многие комментаторы ломают голову над тем, зачем нужен был этот визит. Как выясняется, проку от него Тайваню никакого: ни дополнительного вооружения, ни денег, только моральная поддержка так называемой «независимости». На первый взгляд, визит был предназначен прежде всего для внутриамериканского потребления: накануне промежуточных выборов в конгресс подправить имидж демократической партии. Еще – показать союзникам, да и всему миру, что США по-прежнему «творят, что хотят», невзирая на риски, предупреждения и уговоры. Эдакий жест дряхлеющего правителя, любыми средствами стремящегося удержать власть. Конечно же, Вашингтону очень бы хотелось спровоцировать Китай на войну с его кровными братьями по другую сторону Тайваньского пролива, что подорвало бы имидж КНР как миротворца, предлагающего миру решение проблем переговорным путем и концепцию «единой судьбы человечества». Однако вряд ли секретные службы США, оборонное ведомство и аналитики настолько ослабели, чтобы не просчитать, что Китай не поддастся на провокацию. Не могут американцы не просчитать и то, сколь чувствителен для китайцев тайваньский вопрос и какую пощечину они наносят руководству КНР, с которым, как следует из официальных заявлений, хотели бы поддерживать стабильные, деловые отношения. Но, судя по всему, эта срежиссированная провокация имеет куда более далеко идущие планы. Не стоит принимать всерьез детские ссылки Вашингтона на разделение властей: визит давно и тщательно планировался с участием президента Байдена, который, как верховный главнокомандующий, конечно же, мог его остановить. Видимо в Белом доме и окрестностях решили, что на китайском направлении настала пора более решительных действий. Судя по первой реакции Пекина, можно предположить, что визит станет водоразделом в китайско-американских отношениях: до и после. Собственно, и раньше было понятно, что размежевание этих двух супердержав неизбежно и будет предварять их столкновение в том или ином виде. Вопрос был только один – когда? Вся политика Пекина и официальные заявления были направлены на то, чтобы как минимум этот процесс отсрочить, а как максимум – провести по возможности с наименьшими потерями. А американцы видят свой интерес в обратном. Для них конфликты – это способ удержать свое глобальное господство, а конфликт с участием Китая позволяет еще и создать проблемы своему главному конкуренту. В идеале – очередная «война по доверенности». Но если не получается, то – глобальный развод и гибридная война по всем направлениям. А там куда кривая конфронтации вырулит. Горячая война тоже сгодится, ведь речь идет, с точки зрения Вашингтона, о мировом господстве, включая американоцентричную систему мира, построенную на власти доллара и американских штыках. Поставить на кон миллиард – другой жизней – того стоит. По идее США, уж если конфликтовать, так чем быстрее, тем лучше, пока Китай не превратился в такого дракона, с которым совладать даже американским супергероям не под силу. И вот Байден решил начать первым. Строго говоря, первым был Трамп, развязавший торгово-экономическую войну с Китаем. Байден перевел ее в военно-политическую и идеологическую плоскость. Судя по сигналам из Пекина, там не осталось иллюзий относительно искренности Вашингтона и соответствия его слов и реальной политики. Об этот говорит согласованность заявлений различных китайских ведомств и их тон. «Это серьезное нарушение принципа одного Китая и положений трех китайско-американских совместных коммюнике, серьезный подрыв политического фундамента китайско-американских отношений, грубое посягательство на суверенитет и территориальную целостность Китая, что навредит миру и стабильности в районе Тайваньского пролива, подает сугубо ошибочный сигнал сепаратистским силам, выступающим за т. н. «независимость Тайваня», – заявил МИД КНР. А вот, что сказано в официальном заявлении Канцелярии по международным делам ЦК КПК: «Попытка сепаратистских сил добиваться «независимости Тайваня» является самым большим препятствием на пути к воссоединению Родины и серьезной потенциальной опасностью для возрождения китайской нации. Администрация Демократической прогрессивной партии (ДПП) упрямо отстаивает ошибочную позицию, направленную на «независимость Тайваня», по доброй воле служит инструментом антикитайских сил в США для сдерживания Китая и еще более наглым образом совершает провокации в стремлении добиваться «независимости». Это абсолютно неправильное суждение о ситуации и просчет в ее отношении. В своих эгоистичных интересах эта администрация упрямо бросает вызов принципу «одного Китая», отказывается признать Консенсус 1992 года, разжигает конфронтацию между обеими сторонами Тайваньского пролива, зацикливаясь на достижении т. н. «независимости» с опорой на США. Действия администрации ДПП, направленные на достижение «независимости Тайваня», и ее сговор с США, предающий национальные интересы Китая, лишь ввергнут Тайвань в пучину бедствий и принесут глубокие страдания тайваньским соотечественникам. Воссоединение Родины и великое возрождение китайской нации вступили в необратимый исторический процесс. Родина должна быть и непременно будет воссоединена». Буквально за несколько дней до визита Пелоси Байден в телефонном разговоре в очередной раз клялся Си Цзиньпину в приверженности политике «одного Китая». Но сам визит показал обратное. По факту Пелоси без ведома Пекина посетила одну из провинций КНР, и это примерно то же, как если бы Владимир Путин без согласования с Вашингтоном приехал к американским индейцам, требующим возвращения их исконных земель. Теперь тайваньцам не позавидуешь. Они и их стремление к американской демократии станут разменной монетой и отправной точкой в этом размежевании. Именно на них будет прежде всего направлен гнев Пекина. «Народно-освободительная армия Китая, находясь в состоянии повышенной готовности, предпримет ряд целенаправленных военных действий для противодействия этому, будет решительно защищать государственный суверенитет и территориальную целостность, решительно пресекать вмешательство внешних сил и попытки сепаратистских сил, выступающих за «независимость Тайваня» – заявил официальный представитель Минобороны Китая. С 3 августа вокруг Тайваня развернулось масштабное сражение, пока что учебное: народно-освободительная армия Китая проводит маневры, сценарий которых очень походит на морскую и воздушную блокаду. Китайские военные корабли, включая авианосцы, отрабатывают боевые маневры вблизи тайваньских берегов, а боевые самолеты патрулируют в зоне действия ПВО Тайваня. Министр иностранных дел КНР Ван И отменил запланированные переговоры с японским коллегой из-за позиции Японии по Тайваню. И это лишь первые всполохи этой битвы. На этом фоне вряд ли кто-то обратил серьезное внимание на сообщение о том, что в качестве первого шага воздействия на сепаратистские силы на Тайване КНР запретила поставки на мятежный остров обычного ископаемого песка. При кажущейся простоте эта новость показывает, сколь серьезны последствия визита и сколь тверды намерения Пекина. Ведь 90 % песка, без которого встанет вся строительная отрасль, на Тайвань, как и в Гонконг и в Макао, поставляется из материкового Китая. Без песка нет бетона, а без бетона не построишь высотные дома, которые превалируют на острове с населением 23 млн человек, по площади равному одной нашей небольшой области. Но и это не так болезненно, как возможная остановка знаменитой тайваньской полупроводниковой промышленности, которая обеспечивает чуть ли не полмира своей продукцией. Ведь основа полупроводников – кремний, который также добывается из обычного песка. А еще оптоволоконные кабели и много чего еще, что не обходится без кремния. Конечно, песок можно привезти, например, из США, если не будет блокады острова. Но тогда песок станет золотым, а полупроводники и того дороже… И это лишь начало. Общий товарооборот КНР с Тайванем составляет около 380 млн долларов США, в два раза больше, чем с Россией. В Китае работают тысячи тайваньских компаний, использующих более дешевую китайскую рабочую силу и облегченные налоговые режимы КНР. Многие годы Китай выстраивал тесные экономические связи с островом, надеясь таким образом вернуть Тайвань «в лоно родины». Но теперь, когда выяснилось, что, несмотря на все предупреждения, Тайбэю милее американская демократия, которая, по сути, не предлагает ничего, кроме войны с материком, тайваньцам придется переоценить выгоды связей с КНР, и, возможно, узнать их реальную стоимость. Автор: Михаил Морозов, обозреватель газеты «Труд»  

У тайваньской черты

Последние дни стали точкой наивысшего напряжения между КНР и США со времен, пожалуй, Корейской войны. Пекин ответил на намерение спикера палаты представителей США Нэнси Пелоси нанести визит на Тайвань крайне жестко, показав, что таким образом, Вашингтон переходит красную линию. В МИД КНР заявили, что в случае визита Пелоси на Тайвань Пекин примет все меры для защиты государственного суверенитета и целостности страны. Классическую фразу, предваряющую применение силы, расшифровал официальный спикер МИДа Чжао Лицзянь: «Китай в последнее время неоднократно выражал США серьезную обеспокоенность и заявлял о своей твердой позиции, которая заключается в том, что Пекин решительно выступает против визита спикера палаты представителей Нэнси Пелоси на Тайвань». «Ответственность за все вытекающие из этого серьезные последствия будут полностью нести США», - подчеркнул дипломат. Министерство обороны КНР пообещало бороться с сепаратизмом на острове «всеми способами» и «не сидеть, сложа руки» в случае, если поездка состоится. По словам представителя китайского оборонного ведомства Тань Кэфэя, визит Пелоси серьезно нарушит принцип «одного Китая» и положения трех совместных китайско-американских коммюнике. Несмотря на это, в Южно-Китайское море вошла ударная авианосная группа ВМФ США во главе с авианосцем «Рональд Рейган», вооруженным 90 самолетами и вертолетами, а Китай начал в близлежащих районах военные ученья с боевыми стрельбами. В провинцию Фуцзянь были дополнительно переброшены ракетные части. Для пущей наглядности китайцы провели показательный пуск баллистической ракеты DF-17 с гиперзвуковой боевой частью. О накале страстей говорит тот факт, что пост «Готовимся к войне» в аккаунте 80-й армии НОАК, отвечающей за оборону этого региона, вызвал бурную одобрительную реакцию в китайских соцсетях: «Солдаты НОАК, сражайтесь! Мы поддерживаем вас, ребята!». А ветераны армии в соцсетях массово заявили, что готовы вернуться на службу, если того потребует Родина. Китайские военные эксперты спрогнозировали введение бесполетной зоны над Тайванем, чтобы помешать визиту. Такое развитие событий, по сообщению CNN, увидели и ближайшие советники Байдена в Белом доме. А бывший главред китайской англоязычной Global Times Ху Сицзинь, известный радикальными взглядами, в своем аккаунте и вовсе предложил сбить самолет с Пелоси на подлете к Тайваню, как воздушное судно, нарушившее госграницу. Все это происходило на фоне подготовки к празднованию 95-летия Народно-освободительной армии Китая. Председатель КНР Си Цзиньпин на торжественном заседании ЦК КПК перефразировал крылатую фразу из Конфуция: только тот, кто готов воевать, может остановить сражение, и те, кто готов к войне, не должны ее начинать. И призвал усиленно продолжать модернизацию НОАК сообразно международной обстановке. В этой самой обстановке Пелоси засекретила программу своего турне. Со ссылкой на анонимные источники пошли сообщения об отмене поездки на Тайвань. Затем с Тайваня донеслось: Пелоси все же прилетит. Источники в Пекине склоняются к тому, что визит на Тайвань все же будет отменен. Уж слишком высоки ставки и велик риск. Остается подождать несколько дней, и мы узнаем, как станут разворачиваться события. Будем надеяться, что до вооруженного конфликта дело не дойдет. Но есть масса признаков того, что американская провокация готовилась заранее и что подобные вещи будут еще повторяться, пока не достигнут цели – заставить Китай начать боевые действия против своих кровных братьев по ту сторону Тайваньского пролива, фактически против принадлежащей КНР провинции. Во-первых, первоначально визит Пелоси планировался на апрель и не состоялся из-за ее болезни, читай – начала спецоперации на Украине, когда все внимание Вашингтона было переключено на антироссийские санкции и помощь Киеву. Несмотря на то, что Пекин по всем возможным каналам предупреждал Вашингтон: на этот раз дело может зайти очень далеко, американцы не прекращали подготовку к провокации. Одновременно, Байден лично пытался снизить накал или же показать, что он не готов к войне. «Военные думают, что сейчас это не является хорошей идеей », – заявил он на прошлой неделе по поводу возможности визита Пелоси на Тайвань. Уже когда визит Пелоси был объявлен, состоялся телефонный разговор председателя КНР Си Цзиньпина и президента США Байдена. «Мы решительно выступаем против сепаратизма – «независимости Тайваня», а также вмешательства внешних сил, и никогда не оставим места силам независимости Тайваня в любой форме. Позиция китайского правительства и китайского народа по «тайваньскому вопросу» была последовательной и более 1,4 млрд китайцев твердо намерены решительно защищать национальный суверенитет и территориальную целостность Китая. Нельзя идти против общественного мнения. Играя с огнем, вы подожжете себя», – процитировало председателя КНР центральное телевидение Китая CCTV. Как сообщило CCTV, президент Байден, в свою очередь, заявил в ходе разговора, что сегодняшний мир находится в критическом периоде, а сотрудничество США и Китая выгодно не только им, но и народам других стран. США надеются поддерживать диалог с Китаем, укреплять взаимопонимание, стремиться к сотрудничеству в областях, где интересы совпадают, и должным образом разрешать разногласия. «Я хотел бы повторить, что «политика одного Китая» США не изменилась и не изменится, и США не поддерживают «независимость» Тайваня», – еще раз поклялся Байден. Несмотря на это, прощупывание красных линий Пекина продолжилось. Такое впечатление, что Белый дом выясняет, в самом ли деле Пекин «балансирует на грани войны», добиваясь отмены поездки Пелоси, и что он реально намерен делать. На поле боя так провоцируют систему ПВО противника, чтобы в момент начала боевых действий нанести упреждающий удар. Представитель Объединенного комитета начальников штабов США Дэйв Батлер завил, что военные информируют официальных лиц, принимающих решения в Вашингтоне, о возможных рисках. «Мы предупреждаем, что может сделать противник, обсуждаем логистику, военные планы и готовность». А накануне помощник президента США по нацбезопасности Джейк Салливан ушел от ответа на прямой вопрос, готовы ли будут США в случае необходимости защищать Тайвань военным путем. «Наша политика не изменилась. Мы сохраняем стратегическую неопределенность, – традиционно отреагировал Салливан. – В рамках такой политики креативного напряжения мы поддерживаем мир и стабильность вокруг Тайваньского пролива на протяжении десятилетий». Кстати, с критикой этой неопределенности выступил накануне бывший министр обороны США Марк Эспер (2019-2020), пробравшийся на Тайвань в составе американской НКО «Атлантический совет»: «По моему личному мнению, политика, основанная на «принципе одного Китая», изжила себя, настало время уйти от стратегической двусмысленности». Как считает Эспер, именно Китай представляет наибольший вызов для стран Запада. Однако проблема американской политики «стратегической неопределенности», по его мнению, состоит в том, что США прямо не говорят, готовы ли они будут защищать Тайвань в случае китайского нападения. То есть предлагается недвусмысленно дать понять: США будут защищать Тайвань всеми средствами. А тут еще обычно сдержанная в отношении Тайваня Европа подала свой голос. «В случае военного вторжения мы очень ясно дали понять, что ЕС вместе с Соединенными Штатами и их союзниками введет аналогичные или даже более масштабные меры, чем мы сейчас предприняли против России», – заявил посол ЕС в Китае Хорхе Толедо. А Великобритания предложила совместно вооружать тайваньский режим. Что же в сухом остатке? Убедившись в бесперспективности стратегии «цветных революций» для разгрома Китая, США нашли другую ахиллесову пяту Пекина и центр тяжести перенесли на Тайвань. Тайваньская проблема – самая острая с точки зрения китайского руководства. В его официальных планах – возвращение острова в лоно родины, но предпочтительно мирным путем. Военное решение этого вопроса – самый крайний и нежелательный вариант для КНР. Особенно в преддверии ХХ съезда КПК (съезды проходят раз в пять лет), на котором будет решен вопрос о продлении пребывания Си Цзиньпина во главе государства и партии. Кроме того, начало военных действий в один момент изменило бы мировой имидж КНР, его внешнюю политику, построенную на решении проблем «мирным и дипломатическим путем». Тайвань уже не раз был очагом сильнейшей напряженности. Но сейчас ситуация критическая. Вашингтон вынуждает Си Цзиньпина к трудному выбору и отказу от многих планов. А дать слабину китайский лидер не имеет права. Автор: Михаил Морозов, обозреватель газеты «Труд»

Китай - США: в шаге от войны?

Таĸими пугающими заголовĸами запестрело западное медийное пространство. К чему бы это? Коллеги из так называемого демократического свободного мира отреагировали на возможный визит спикера палаты представителей ĸонгресса США Нэнси Пелосси на Тайвань. Эта поездĸа была изначально запланирована на апрель, но тогда Пелосси сĸазалась больной и не поехала. Сейчас речь зашла об августе нынешнего года. Предыдущий демонстративный визит группы америĸансĸих ĸонгрессменов на Тайвань в прошлом году вызвал очень бурную реакцию Пекина. После дипломатических ĸитайсĸих демаршей последовала серия военных учений Народно-освободительной армии Китая у берегов мятежного острова. Тогда впервые дипломаты, военные, эксперты всерьез заговорили о военном ĸонфлиĸте вокруг Тайваня. Ныне официальный представитель МИД КНР Чжао Лицзянь жестĸо заявил: «Китай требует от США строгого соблюдения принципа «одного Китая» и трех совместных америĸано-ĸитайсĸих ĸоммюниĸе, не организовывать визит спиĸера палаты представителей ĸонгресса США Нэнси Пелосси на Тайвань, преĸратить любые официальные ĸонтаĸты с Тайванем и перестать создавать фаĸторы напряженности в Тайваньсĸом проливе». Представитель внешнеполитического ведомства КНР подчеркнул, что «любые встречи американских политиков с официальными лицами Тайваня создают «множество факторов напряженности в регионе». Цинизм и двуличие Вашингтона растут с каждым днем. С одной стороны, американцы на всех уровнях уверяют, что свято соблюдают принцип «одного Китая», то есть считают Тайвань неотъемлемой частью КНР. В этом постоянно ĸлянется президент США Байден во время переговоров с ĸитайсĸим коллегой Си Цзиньпином. А с другой стороны, Вашингтон организует подобные полуофициальные визиты высоĸопоставленных фунĸционеров, аĸтивно подстреĸает тайваньсĸие власти ĸ самоопределению, по сути, – ĸ сепаратизму, накачивает Тайвань оружием. Только что США объявили о новой сделĸе по поставĸам вооружений тайваньсĸому режиму на 108 млн долларов США. Все под марĸой защиты демоĸратии и прав человеĸа. По мысли Вашингтона, эта помощь «повысит безопасность получателя» и «будет способствовать политичесĸой стабильности, военному балансу, эĸономиĸе и прогрессу в регионе». Пеĸин считает, что это, ĸаĸ и другие шаги америĸанцев в отношении Тайваня, ведут ĸ обратному и требует отменить поставĸи, ĸаĸ и визит Пелосси. Ситуация все больше походит на отношения в треугольниĸе Россия-Уĸраина-США. Мы хорошо помним, чем заĸончились поездĸи ныне заместителя госсеĸретаря США Виĸтории Нуланд с ее печеньĸами на Украину. Также, ĸаĸ и в Европе против России, США сколачивают в Азии против Китая региональные военные блоĸи, расширяют поставĸи вооружений, готовясь опосредованно противостоять КНР в возможном ĸонфлиĸте, ĸоторый Вашингтон планирует спровоцировать воĸруг Тайваня. Неĸогда туманная позиция США в вопросе непосредственной военной защиты Тайваня обретает все более четĸие очертания: Вашингтон собирается воевать за Тайвань до последнего тайваньца, японца, австралийца... Впрочем, участие америĸансĸих сил тоже уже полностью не исĸлючается. Позиция Пеĸина в этом вопросе неизменна. Там против военного решения тайваньсĸого вопроса, за мирные переговоры. В то же время в КНР в последнее время все чаще говорят о том, что страну ставят в безвыходное положение: совсем, ĸаĸ Россию в вопросе Уĸраины. Посол Китая в США Цинь Ган не таĸ давно еще раз подчерĸнул, что Пеĸин не хочет войны с Тайванем и сделает все для мирного воссоединения острова с материĸом: «Люди по обоим берегам Тайваньсĸого пролива – наши соотечественники. Последнее, что мы хотели бы делать, – это воевать с нашими соотечественниками». В то же время дипломат призвал Вашингтон придерживаться политиĸи «одного Китая». По его словам, США повышают уровень связей с Тайванем, посылая своих чиновниĸов, современное оружие и заявляя, что будут защищать остров военными средствами. «Принцип «одного Китая», ĸоторый подчерĸивается в международных доĸументах и трех ĸитайсĸо-америĸансĸих ĸоммюниĸе, находится под угрозой», – ĸонстатировал Цинь Ган. Ранее глава МИД КНР Ван И на встрече с государственным сеĸретарем США Энтони Блинĸеном на Бали заявил, что америĸансĸим властям не следует недооценивать решимость ĸитайсĸого народа в защите государственного суверенитета и территориальной целостности Китая. Характерно и свежее заявление диреĸтора ЦРУ Уильям Бернса: «Мы считаем, что вопрос не в том, решат ли ĸитайсĸие власти использовать силу для установления ĸонтроля над Тайванем, а в том, ĸаĸ и ĸогда они это сделают». Бернс цинично считает, что это, сĸорее всего, не произойдет сразу после съезда Коммунистичесĸой партии Китая этой осенью. То есть Китай (в отличие от США) ни в ĸоем случае не хочет военного ĸонфлиĸта между ĸитайцами и ĸитайцами. В свое время Пеĸину удалось мирным путем вернуть Сянган (Гонĸонг), договорившись с бывшей метрополией Велиĸобританией на основе принципа «одна страна – две системы» и предоставив широĸую автономию бывшей ĸолонии (читать подробнее). Но в данном случае США, под фаĸтичесĸим протеĸторатом которых находится Тайвань, не хотят без боя его отдавать. Это для Вашингтона отличный способ создать проблемы для Китая, попытаться спровоцировать его на войну, затормозив таĸим образом эĸономичесĸое развитие и движение ĸ мировому доминированию. При этом Вашингтон не собирается объявлять войну, а намерен подвести Пеĸин ĸ этой опасной черте, не оставив выбора, ĸаĸ и в случае с Уĸраиной. Все, естественно под марĸой борьбы за демоĸратию и свободу. Важный нюанс: Китай очень дорожит своим имиджем миротворца, свято следует принципу неприменения силы в международных отношениях. Вооруженный ĸонфлиĸт с тайваньсĸим режимом (по сути с США) этот имидж разрушает или ĸаĸ минимум ставит под вопрос. Вот почему министр иностранных дел КНР Ван И на прошлой неделе еще раз аĸцентировал внимание на принципиальной позиции Китая по Уĸраине. Ван И заявил, что уĸраинсĸий ĸризис оĸазал серьезное влияние на Европу, затронул весь мир. Китай не является стороной уĸраинсĸого ĸризиса, но мы не бездействуем, сĸазал Ван И, не говоря уже о том, чтобы подлить масла в огонь, мы всегда неуĸлонно и настойчиво призывали ĸ миру и продвигали переговоры. Уроĸи уĸраинсĸого ĸризиса глубоĸи и заслуживают того, чтобы их серьезно усвоили все стороны. В интересах долгосрочного планирования все стороны должны изучить вопрос о создании сбалансированной, эффективной и устойчивой архитеĸтуры европейсĸой безопасности для достижения прочного мира и безопасности. Официальный представитель МИД КНР Ван Вэньбинь 21 июля ĸонĸретизировал эту позицию: «Что ĸасается Уĸраины, мы призываем США выполнить свои обязанности ĸаĸ той стороны, ĸоторая создала ĸризис, и аĸтивно работать над решением проблемы путем диалога и преĸращения блоĸовой ĸонфронтации, а не раздувать пламя». При этом в Пеĸине официально считают, что проблемы Тайваня и Уĸраины принципиально разные. Если учитывать, что фаĸтичесĸи и юридичесĸи Тайвань является провинцией Китая, то таĸая точĸа зрения оправданна. Но главное, что в обоих случаях эти проблемы изначально созданы и подпитываются политиĸой США, основанной на вмешательстве во внутренние дела суверенных государств. Одинаĸовое понимание этой глубинной причины ĸризисов роднит Китай и Россию и уĸрепляет их стратегичесĸие отношения. А ситуация воĸруг Тайваня действительно обостряется. В последнее время в западной прессе даже появились «исследования» на тему: ĸто победит в войне за Тайвань? Строятся различные сценарии развития событий, сравниваются боевые возможности, хараĸтеристиĸи вооружений. При этом на Западе очень мало здравых предупреждений: таĸие «игры» могут привести ĸ глобальному ядерному ĸонфлиĸту и гибели цивилизации.

Иллюзия бойкота

Прошедшую на Бали встречу министров иностранных дел стран G-20 можно рассматривать как репетицию ноябрьского саммита глав государств этой организации. Не заставив нынешнего председателя «Большой двадцатки» Индонезию, чтобы та вовсе не приглашала российских представителей, западные страны попытались организовать бойкот России уже в процессе.  Ну, или, по крайней мере, превратить площадку G-20 – изначально экономического форума – в место бичевания нашей страны и стенаний по поводу Украины. Но опять выяснилось, что лишь половина членов готовы выполнять указания «вашингтонского обкома». А остальные не только не поддерживают западные устремления, но и недоумевают по поводу того, что мировая экономика, находящаяся не в самом лучшем положении, подменяется чистой политикой, причем откровенно своекорыстной и однобокой. Дипломатические неудачи на форуме западные страны пытались компенсировать медийными скандалами. Как свидетельствовала официальный представитель МИДа Мария Захарова, по команде пресс-службы Белого дома западные журналисты были брошены на подсчет времени, которое те или иные делегаты отсутствовали в зале заседания, и это пытались выдать за бойкот российской делегации. Прием не новый, такие попытки уже были на других международных площадках, например на встрече финансовых властей и ежегодном совещании МВФ и Всемирного банка в Вашингтоне. Министр иностранных дел России Сергей Лавров использовал саммит для проведения двусторонних встреч с коллегами из дружественных стран и не переживал по поводу истерики западников. «Индонезийская сторона организовала приветственный прием с концертом. Западные коллеги туда не пришли. Это их желание, понимание протокола и правил этики», – прокомментировал глава МИД РФ поведение его оппонентов. А в своей официальной речи он сделал упор на многостороннее сотрудничество и неприменение силы в международных делах. И не его «заслуга» в том, что Запад давно уже никого, кроме себя, не слушает. По этой же причине саммит закончился безрезультатно: без итогового коммюнике, без коллективного фото. Главный результат – встреча состоялась, несмотря на попытки бойкота. В принципе, расклад сил был известен и раньше. Но западники, лелеющие иллюзии по поводу продления жизни американоцентричного мира, видимо, ожидали изменения позиции крупнейших стран, прежде сего Индии и Китая. Но ничего такого не произошло. Соответственно и остальные «неприсоединившиеся» и не занявшие «правильную сторону истории» тоже не примкнули к попыткам бойкота. Характерно, что одна из главных двусторонних встреч на Бали – между министром иностранных дел КНР Ван И и госсекретарем Блинкиным – состоялась после официального выступления главы китайской дипломатии на саммите. То есть китайский представитель сначала еще раз повторил исходные, принципиальные моменты для разговора с американским коллегой, а потом уже пошел на личную встречу с ним. Например, оппонируя американцам, действующим «по правилам», Ван И напомнил, что «в мире есть только одна система, и это международная система, в центре которой находится ООН». В своем выступлении министр иностранных дел КНР в пику западникам сконцентрировался на чисто экономических проблемах. Он еще раз призвал главное внимание уделять экономическому росту и для этого не разрушать, а укреплять свободную торговлю и цепочки поставок, отказаться от торговых санкций и дискриминации. Эти темы, а также борьба с бедностью и пандемией, зеленое развитие, о которых говорил Ван И, вероятно, вызвали приступ скуки у западных коллег. Они бы хотели услышать от главы китайской дипломатии что-то новенькое про Украину. Но вновь услышали то, от чего, как говорят очевидцы, у членов американской делегации желваки заиграли пуще прежнего. Китайский министр повторил, что КНР против эскалации, выступает за прекращение огня и урегулирование конфликта за столом переговоров. «Если ставить свою безопасность выше безопасности других стран и укреплять военные блоки, то это только расколет международное сообщество, ослабив нашу защиту», – заявил Ван И. И опять высказался за «серьезный и всеобъемлющий диалог» России и Европы для создания «сбалансированной, эффективной и устойчивой архитектуры европейской безопасности». То есть на 100 процентов поддержал Россию, которая добивается того же. Вот на таком фоне состоялась встреча глав китайской американской дипломатий. Судя по продолжительности – более 5 часов – она не была легкой. Сопоставляя заявления и отчеты о переговорах двух сторон, можно сделать вывод о том, что попытки надавить на Китай и заставить его встать «на правильную сторону истории» опять потерпели провал. Судя по всему, Ван И, как это и бывало раньше на подобных переговорах, терпеливо молчал, когда госсекретарь Блинкен пытался призвать своего китайского коллегу «к порядку» и отказаться от поддержки России. Есть основания предполагать, что США ошибочно считают, что Китай способен оказать влияние на Россию по украинскому вопросу. Но в Пекине на самом верху не раз обращали внимание: российско-китайские отношения не подвержены влиянию третьих сторон и являются отношениями суверенных держав.  Со своей стороны Ван И указал на фундаментальное непонимание Китая со стороны США и призвал собеседника «прекратить клеветать на КНР, нападать на его политическую систему и давать сигналы о поддержке независимости Тайваня». По последнему вопросу дипломатические позиции США выглядят особенно бледно. Администрация Байдена не раз подтверждала приверженность принципу «одного Китая», закрепленного в основополагающих китайско-американских документах. Но практическая политика США с этим принципом все дальше расходится. И Ван И не упускает возможность всякий раз отхлестать американцев по щекам, указав на их поддержу сепаратизма на Тайване и поставки туда оружия. Как сообщают китайские источники, тема Тайваня заняла немалую часть двусторонней беседы. Но к общему знаменателю стороны, судя по всему, не пришли. США не намерены отказываться от своей провокационной политики в отношении Тайваня, чтобы иметь рычаг воздействия на Китай и возможность управлять ситуацией в этом регионе. Столь же слабы и другие переговорные позиции Вашингтона. Ведь для того, чтобы что-то получить от китайцев, надо им что-то предложить.  А что? Сейчас США все больше зависят от поставок китайской продукции. Отказаться от китайского импорта означает еще больше разогнать инфляцию, которая и без того достигла рекордных значений. Введенные администрацией Трампа торговые пошлины усугубляют проблему. Байден был бы рад их снизить или отменить, но не знает как. Как известно, не так давно он дал поручение своим советникам изучить этот вопрос и представить такой план снижения пошлин, который бы позволил Вашингтону сохранить лицо и улучшить экономическую ситуацию накануне промежуточных выборов в конгресс и сенат. В итоге Ван И выдвинул, как сказано в официальном сообщении МИД КНР, «четыре списка: список просьб к Соединенным Штатам исправить свою ошибочную политику, слова и поступки в отношении Китая, список ключевых случаев, вызывающих озабоченность китайской стороны, список связанных с Китаем законопроектов, вызывающих ключевое беспокойство у китайской стороны, и список сотрудничества в восьми областях между Китаем и Соединенными Штатами». Одним из вопросов, который, возможно, обсуждался в ходе китайско-американских переговоров, была вероятная встреча председателя КНР и президента США на саммите глав государств G-20 в ноябре текущего года. Каков результат, пока неизвестно. Но можно предположить, что ситуация, сложившаяся на встрече министров иностранных дел, повторится и осенью. Переговоры будут, а результата – нет.

G20: бойкот провалился

Коллективный Запад в очередной раз захлебнулся в бессильной злобе. На индонезийском острове Бали, где состоялась встреча министров иностранных дел «Большой двадцатки» (G20), случился цугцванг (нем. Zugzwang, принуждение к ходу. – Авт.). Изначально этот термин применялся в шашках и шахматах, чтобы обозначить положение, когда любой ход игрока ведет к ухудшению его позиции. Но потом он перекочевал и в политику. Так вот, лидеры «Большой семерки» (G7), надышавшись накануне альпийского воздуха на своей тусовке в баварском замке Эльмау, задали алгоритм тотального международного противодействия России на всех мировых площадках. Госсекретарь США Энтони Блинкен взял под козырек и на индонезийском СМИДе решил организовать со товарищи заговор против главы российского внешнеполитического ведомства Сергея Лаврова. Причем совсем по-детски – уходим, дескать, в другую песочницу. И это, между прочим, вместо того, чтобы обсуждать важнейшие международные темы – находящуюся на грани срыва энергетическую, продовольственную и финансовую безопасность, неумолимо надвигающуюся рецессию, украинский кризис. А тут без России, само собой, далеко не продвинешься. В результате «стараний» коллективного Запада по отношению к Москве прошел раскол между членами «двадцатки»: лагерь заговорщиков – страны G7 плюс Австралия, Южная Корея и ЕС в лице главы его внешнеполитического ведомства Жозепа Борреля (всего 10 участников), и лагерь несогласных – страны БРИКС+, Аргентина и Саудовская Аравия (тоже 10). Ни туды и ни сюды. Застряла телега... Уже в самом начале мероприятия, 7 июля, представители G7 дружно не пришли на приветственный ужин, продемонстрировав тем самым, что не желают сидеть за одним столом с Лавровым. Кстати, посланник Южной Кореи на ужине всё же отметился и даже переговорил по своей инициативе с Сергеем Викторовичем о чем-то «на ногах». В дипломатическом лексиконе есть такой термин – «на ногах». Это когда не «за столом». Так что – 9,5 на 10,5 в нашу пользу! А когда встреча закончилась, «иные» отказались от совместного фотографирования, опять же по причине нежелания увековечить себя на карточке с российским министром. Пришлось организаторам вообще исключить традиционную фотку из повестки. Впрочем, к этому моменту российская делегация уже покинула форум. Предлог веский: много, дескать, дел на родине. При этом представители «лагеря заговорщиков» гордо заявили, что «Лавров буквально вылетел с саммита». Официальный представитель министерства иностранных дел Мария Захарова парировала, что госсекретарь Блинкен сочиняет небылицы, говоря об изоляции главы МИД России на Бали. «Это вы, господин Блинкен, загнали себя в самоизоляцию, манкировав ряд мероприятий форума, где большинство о вас и не вспомнило. А теперь, чтобы оправдывать собственный провал, сочиняете небылицы. Нам же рассказывали, как вы лично просите всех подряд «изолировать» Россию. И все, кого вы просите, смеются вам в спину, зная, что нынешняя администрация обречена на бесславный конец», – написала Захарова в своем Telegram-канале. На самом деле Лавров, как подтвердили и западные источники, провел в кулуарах заседания порядка 10 встреч со своими коллегами. Доподлинно известно о его деловых контактах с главами МИД Китая, Турции, Индии, Бразилии, Аргентины и Индонезии. Весомо? Отмечу также, что ни один западный министр не бойкотировал выступление главы нашего МИДа на саммите. Даже пресловутый Блинкен присутствовал в зале. Лавров, кстати, благородно отказался от «зеркального бойкота» и также решил не игнорировать выступления коллег из «лагеря заговорщиков». «Мне было интересно послушать, чем сейчас живет Запад», – признался министр. Не выслушал он, пожалуй, только немку Анналену Бербок. Не потому, что не уважает женщин и её в частности, а по причине, что его уже ждал самолет «под парами». Но вернемся к выступлению Лаврова на форуме. Он, в частности, заявил: «Классическая дипломатия уступает место методам шантажа и давления на независимые государства». И призвал вспомнить принципы солидарности, заложенные в основу G20, созданной в 2008 году как совместный ответ на мировой финансовый кризис. Позднее на «двусторонке» с бразильским коллегой Карлосом Франсой наш министр подчеркнул, что ценит позицию большинства стран Азии, Латинской Америки, Африки. «Кто бы что ни думал о ком-то из нас, мы не должны подрывать многосторонние форматы», – отметил он. Деталька: от таких контактов действительно немало пользы. Представитель Штатов, например, «на полях» G20 по своей инициативе провел переговоры с китайским министром Ван И. Что важно в условиях растущей напряженности в двусторонних отношениях. А глава МИД КНР – с коллегой из Австралии. Впервые за три года, что можно считать большим прорывом в отношениях Пекина и Канберры. Вообще-то не грех напомнить, что министры G20 собрались на Бали не для того, чтобы устраивать не относящиеся к делу разборки (речь о некоторых), а чтобы подготовить встречу «двадцатки» в верхах, которая должна состояться в Индонезии в ноябре. 6 июля Москва предварительно уведомила организаторов о намерении президента Владимира Путина принять участие в саммите. Однако в МИД оговорились, что формат его участия «подлежит уточнению из-за эпидемической обстановки в регионе и ситуации в мире». (Умеют же дипломаты обходить острые углы!). На самом деле есть несколько вариантов присутствия (или всё же не присутствия) кремлевского лидера на предстоящей ноябрьской встрече. Разберем наиболее очевидные. Первый. Игнор. Лично я его исключаю. Формат «двадцатки» в нынешних условиях важен для России. Второй. Коллективный Запад продолжает «надувать щеки» и из-за возможного приезда российского лидера понижает уровень своего представительства. То есть заседать будут не первые лица, а политики G7 рангом пониже. На самом деле Путину не стоило бы обижаться: у него найдется достаточное количество достойных партнеров для переговоров. А вот «заговорщики» высшего ранга потеряют возможность повстречаться лицом к лицу с руководителями тех же Китая, Индии, ведущих стран Южной Америки. Что явной пойдет им «в минус». Третий. Путин может принять решение поучаствовать в мероприятии на удаленке, что успешно практикует как на внутриполитическом паркете, так и на международном уровне. Пример: недавняя видеоконференция с лидерами БРИКС. Такой вариант вероятен, особенно после демаршей на прошедшем СМИДе, но личное общение («глаза в глаза») все же предпочтительнее. Четвёртый. На «бал» (или торжественный ужин) съезжаются все сильные мира сего. Вот тут-то и надо будет понаблюдать, как в конечном итоге карты лягут. Станут ли престарелый Байден и спортивный Шольц бегать от Путина? В пользу этого варианта говорит и тот факт, что до ноября, почитай за пять месяцев!, «много воды утечет». Речь о той же российской спецоперации на Украине. Будет ли продолжаться «война до последнего украинца» или придёт пора садиться за стол переговоров? В любом случае у Кремля сейчас более предпочтительная позиция. Путин может выбирать и выстраивать свой подход, исходя из российских интересов. А коллективный Запад всё это время будет захлебываться в бессильной злобе.

В Японии проснулся самурайский дух

Новый премьер Фумио Кисида, забыв о политической сдержанности, грозит России, Китаю, Белоруссии и двум Кореям сразу. В середине мая прошел саммит «Япония – ЕС». По итогам встречи было выпущено заявление, которое поражает самурайской оголтелостью. В ультимативной форме в нем озвучено требование немедленно «вывести российские войска с территории Украины», а также «прекратить агрессию». Власти Белоруссии во главе с её лидером Александром Лукашенко были названы «режимом» и подвергнуты осуждению за поддержку Москвы. Досталось и Китаю. Япония и ЕС заявили, что будут добиваться мира в Индо-тихоокеанском регионе, где растет градус японо-китайского противостояния. В частности – в районе спорных островов Дяоюйдао, которые японцы именуют Сенкаку. Северную Корею осудили «за постоянные ракетные провокации». Досталось и Корее Южной, но по иному поводу. Интрига в том, что в 2020 году в берлинском районе Митте по просьбе ассоциации южных корейцев, живущих в ФРГ, была установлена «Статуя мира». Памятник посвящен жертвам сексуального рабства, которому подвергались южнокорейские женщины со стороны японских военных в годы Второй мировой войны. Этим же грешили морпехи США, но чуть позже, когда поставили на колени Страну восходящего солнца. Кореянок и китаянок японские военные называли «женщинами для комфорта» или «женщинами для утешения», заставляя заниматься проституцией. Оценки историков разнятся: от 200 до 400 тысяч женщин, в том числе несовершеннолетних, стали сексуальными рабынями японских, а затем и американских солдат. Официальный Токио считает, что это явное преувеличение, всё происходило, дескать, на добровольной основе. Так вот: 64-летний Фумио Кисида провел личную встречу с канцлером Олафом Шольцем и потребовал (заострим внимание на модальности! – Авт.) памятник демонтировать. Шольц, конечно, заверил премьера в важности дружбы с Японией, но памятник сносить отказался. Это, дескать, находится по немецким законам не в его компетенции, а в ведении властей района Митте. С ними следует и разговаривать. В социальных сетях Южной Кореи Кисиду по этому поводу заклеймили как безграмотного политика. Ему напомнили, что «страна, забывающая о прошлом, не имеет будущего». В России не слишком широко известно об этой отвратительной странице японского милитаризма времен оккупации Кореи, Китая и Второй мировой войны. Есть смысл раскрыть детали. Поводом для создания с 1938 года сети военных борделей для нужд японской армии стало желание командования ограничить распространение венерических заболеваний, а также предотвратить массовые изнасилования на оккупированных территориях. До конца войны через «станции утешения» прошли, как считают в Сеуле, около 200 тысяч секс-рабынь, в основном это были кореянки. «Станции утешения» сначала назывались «нигуичи», что переводится «29 к 1». Так была обозначена ежедневная «норма» для обслуживания солдат. В ходе войны в административном порядке «планка» официально была поднята до 40 человек. Первый солдатский бордель был открыт в Шанхае. Обслуживающим персоналом были женщины, добровольно нанимавшиеся на эту работу в Японии. Затем «станции утешения» стали открываться в массовом порядке. Вскоре выяснилось, что японских «жриц любви» катастрофически не хватает. Оккупационные власти попытались завлечь женщин с захваченных территорий, однако желающих оказалось немного. Тогда в качестве эксперимента «живой товар» стали привозить из лагерей для интернированных, заставляя наложниц заниматься проституцией насильно. Но и эта мера не покрывала дефицит. Тогда по решению японского командования была развёрнута охота на потенциальных секс-рабынь: на территории Кореи начали действовать спецбригады по отлову женщин. Зондеркоманда могла схватить молодых кореянок прямо на улице, бросить в грузовики, отправить на вокзалы или в порты для транспортировки на «станции утешения», которые зачастую находились за тысячи километров от их домов и семей. В 1942 году сеть борделей покрыла всю оккупированную территорию. В Северном Китае было 100 «станций утешения», в Центральном Китае – 140, в Южном – 40, в Юго-Восточной Азии – 100, в южных морях – 10, на Сахалине – 10. А всего в военных отчётах фигурировали 400 борделей, в которых «трудились» женщины из Кореи, Китая, Филиппин, Индонезии и других азиатских стран. До 1944 года при содействии оккупационных властей набор женщин в бордели осуществляли не только зондеркоманды, но и частные вербовщики. Иногда они просто покупали дочерей у родителей, а иногда соблазняли молодых женщин работой «санитарками особого типа на фронте». В августе 1944-го японские власти в Корее начали призыв незамужних девушек и женщин в возрасте от 12 до 40 лет в «добровольные трудовые отряды». Официально речь шла о работе на ткацких фабриках Японии, гражданских должностях в вооружённых силах. Всего удалось завербовать около 200 тыс. человек. Реально же несколько десятков тысяч призванных таким способом корейских женщин были сделаны военными проститутками – насилием, угрозами и обманом. По решению военных властей, японские женщины предназначались, главным образом, для офицеров, а кореянки и китаянки – для солдат. Военные бордели были разделены на три группы. Одна находилась под прямым управлением японского военного командования. Вторая, самая многочисленная, формально принадлежала гражданским лицам, но де-факто контролировалась военными. Третья группа тоже была в частных руках, но туда пускали как военных, так и обычных японцев. Вновь прибывших в бордели жестоко насиловали, после чего размещали в небольших комнатах, где они и вели «приём» солдат, выстраивавшихся в очередь. Тех, кто сопротивлялся или решался на побег, жестоко избивали. Если проступок признавался «особо тяжким», то женщине отрубали голову! Еженедельно секс-рабыни проходили медосмотр на предмет венерических заболеваний. В случае заражения им вводили «препарат 606» – средство от сифилиса сальварсан. Он предназначался и для беременных с целью спровоцировать выкидыш. «Препарат 606» обладает нежелательным побочным эффектом, который впоследствии исключает возможность родить здоровых детей или вообще родить. Среди сотрудниц «станций утешения» были нередки случаи самоубийств. В целом же условия содержания были таковы, что до окончания войны и освобождения дожила лишь четверть секс-рабынь. Если же отвлечься от этой трагической истории, то в целом итог европейского турне Фумио Кисиды никак нельзя назвать конструктивным. Япония, похоже, выходит из дипломатических берегов. Новому премьеру, опрометчиво обнажившему самурайский меч, стоило бы прежде усвоить: кто не ценит добрососедских отношений, рано или поздно вынужден будет расплачиваться за последствия.

Как Гонконг пришёл «в родную бухту»

1 июля исполнится 25 лет со дня возвращения Сянгана (Гонконга на южно-китайском диалекте) под юрисдикцию Китая. Планируются масштабные мероприятия, в ходе которых Китай намерен отметить не только четвертьвековой юбилей пребывания бывшей английской колонии в «лоне Родины», а сразу несколько знаковых побед. Одна из них, несомненно, заключается в безболезненной передаче Китаю части его территории крупнейшей колониальной державой. Как мы помним, возвращению предшествовали длительные и трудные переговоры, а подъем флага Китая над Сянганом 1 июля 1997 года сопровождался не артиллерийской канонадой, а лишь праздничным салютом. Как считают китайцы, залогом того стала положенная в основу возвращения формула «одна страна – две системы», придуманная великим архитектором китайских реформ Дэн Сяопином. Она гарантировала Сянгану статус-кво с передачей центральному правительству КНР лишь функций обороны и внешней политики. Мне довелось побывать на китайской территории, граничащей с Сянганом в 1987 году, через 10 лет после начала китайской «политики реформ и открытости». Китайская специальная экономическая зона Шэньчжэнь – ныне брильянт в ожерелье супергородов юга Китая – тогда только начинала складываться и различия с Сянганом были видны даже невооруженным взглядом. Но уже тогда китайцы не собирались «резать курицу, несущую золотые яйца», а вовсю пользовались возможностями Сянгана, который был (и остается) мировым финансовым центром, свободным портом с его таможенными преференциями. Смысл в том, чтобы не отнять, а «догнать и перегнать». И это в полной мере удалось сделать, что является еще одной победой Китая, которую он по праву отмечает. При этом сам Сянган, уже будучи в составе КНР, продолжил динамично развиваться, а его статус и возможности способствовали успешному преобразованию Китая. Став далеко не последним инвестором китайских реформ и прежде всего строительства близлежащих районов КНР, Сянган и добился немалых успехов в экономическом и социальном развитии, упрочилось его положение, как мирового финансового центра. ВВП Сянгана за два десятилетия в составе КНР удвоился, доход на душу населения увеличился в 2,2 раза, а само население подросло примерно на 1 миллион человек. Капитализация фондового рынка Сянгана выросла почти в 10 раз, бюджетные резервы удвоились, валютные резервы увеличились в 5 раз. 25 лет подряд он считается самой свободной экономикой в мире, обеспечивая социальную стабильность и экономическое процветание. Это признает даже американский фонд «Наследие». Как тут не признать верность формулы «одна страна – две системы», которая и обеспечила успешное соединение преимуществ Сянгана и возможностей бурно развивавшейся КНР? Из средства ограбления и контроля над Китаем, каким он был в колониальные времена, Сянган превратился в своеобразный хаб, ворота торговли КНР с остальным миром. Бывшая колония, через которую королевский английский двор подсадил на опиумную иглу целую нацию и грабил Китай, стала технологическим и финансовым источником для большой родины. Китайские компании с успехом выходили и выходят на мировой рынок через Сянган, а сянганские на выгодных условиях инвестируют в китайские гиганты. Сянган с его комфортной налоговой системой стал дорогой для инвестиций в Китай.  Почти 4 тыс. иностранных компаний, включая 900 американских, избрали мегаполис местом своей постоянной дислокации, несмотря на то что при всех допущениях они все-таки находятся в коммунистическом Китае. 1 июля в торжествах примет участие председатель КНР Си Цзиньпин. Это первая поездка лидера КНР за пределы материкового Китая, которая должна подчеркнуть важность момента. Си Цзиньпин будет присутствовать на церемонии приведения к власти новой гонконгской администрации, которая избрана в соответствии с новой формулой «Сянганом управляют сянганцы». И это, конечно же, будет знаменовать завершение бурного протестного периода и перехода Сянгана к новому этапу развития. Очередная схватка за Сянган с Западом закончилась победой Китая. Символично, что пик протестов пришелся на начало июля 2019 года, то есть на 22-ю годовщину возвращения Сянгана под юрисдикцию КНР. Затем был жаркий июль 2020 года, когда администрация автономного района, чтобы ввести жизнь в районе в мирное русло, попыталась принять новый закон о безопасности, передающий часть функций по обеспечению безопасности, как у нас бы сказали, на федеральный уровень. Дело дошло до того, что бунтари открыто требовали возвращения Сянгана Великобритании. С чем полуторамиллиардный Китай и его руководство согласиться никак не могли. Кстати, против протестов было и деловое сообщество Сянгана, которое в период нестабильности теряло прибыли и свое положение. Бизнес понял, что неконтролируемая свобода собраний и митингов привела к хаосу и постепенной потере Сянганом преимуществ мирового финансового центра и свободной таможенной зоны. В Пекине нашли выход из положения, не нарушая автономию района. Сейчас в Сянгане воцаряется спокойствие, что также является победой Китая в противостоянии с Западом, который открыто инспирировал протесты, морально и материально поддерживал «несогласных». Немалая часть из них сейчас получила убежище в бывшей метрополии – Великобритании. Попытка вернуть Сянгану функцию контроля за всем Китаем не удалась. Здесь можно было бы подискутировать о том, был ли Сянган государством, и какой уровень демократии там существовал. Но очевидно, что колония, губернатор которой напрямую назначался в Лондоне, не может быть государством или сколь-нибудь автономным образованием. Что касается демократии, то дискриминация коренных китайцев, которая существовала в колониальные времена, эту тему закрывает. У нас найдутся те, кто оценит произошедшее как зажим демократии или победу всего темного над всем светлым. Светлая сторона – это, конечно же, Запад. Но это далеко не так. Один из лозунгов сянганских бунтарей – «Гонконг – не Китай». И это в определенной мере соответствует действительности. В том смысле, что за более чем 150-летнюю колонизацию Сянгана и других захваченных британцами окрестных территорий, здесь сформировался слой компрадорской буржуазии и служащих, работавших в интересах Великобритании, впоследствии – Запада. Они помогали грабить Китай и, конечно же, пропитались британским духом. Именно их наследники протестовали против суверенитета КНР над исконно китайской территорией. Важно напомнить, что Сянган стал английским в результате поражения в войне, которую развязал Лондон после отказа китайских властей от свободной продажи опиума. Непосредственно боевые действия были развязаны англичанами после того, как местная администрация уничтожила большую партию наркотиков, завезенную британцами. Дело в том, что Китай был самодостаточным государством, производившим товары, пользовавшиеся спросом во всем мире, в том числе чай, шелк, фарфор и многое другое. Англичане вынуждены были расплачиваться золотом. Опиум и стал тем главным товаром, который был предложен для экономии и балансировки торговли благородным двором английской королевы Виктории, ставшей по тем временам крупнейшим в мире наркодилером. Великобритания превратила Гонконг в механизм по ограблению Китая, создав там кланы компрадорской буржуазии и служащих, разложив общество в своих корыстных целях. Знаменитые гонконгские триады, мафиозные кланы, жившие за счет наркоторговли, проституции и рэкета, – прямые наследники политики английского престола. Таковы корни так называемой британской демократии, экспортированной в Китай, и в этом тоже глубинная подоплека лозунга оппозиционеров «Гонконг – не Китай». Аналогии с дисбалансом в современной торговле КНР с США очевидны. Только вместо наркотиков Запад использует доллары и фунты, подкрепленные военными базами по всему миру. Ныне западный мир уже мало что может предложить современному Китаю, который производит до половины всей промышленной продукции мира. Но как уже было сказано, попытки ввести для стабильности торгового баланса новый товар – демократию, превратив Сянган в источник цветной революции и средство контроля за КНР по англосаксонскому образцу, не удались. Позорная колониальная история Гонконга («ароматной бухты» в переводе на русский) уходит в прошлое безвозвратно. Почти 200-летняя битва за Сянган с Западом завершится в 2047 году, когда специальный административный район утратит свою автономию. Успешно сработавшая в Сянгане формула возвращения колонии изначально проецировалась и на Тайвань. А Сянган является примером для этой отколовшейся китайской территории, которая фактически находится под протекторатом США. В ходе торжеств 1 июля по этому поводу наверняка будет сказано немало. Но и без слов тайваньцам должно быть ясно, что нахождение компромисса за столом переговоров и мирное возвращение «в родную бухту» является альтернативой специальной военной операции. Тайвань скреплен с материковым Китаем тысячами деловых, родственных нитей, которые пришлось бы резко разорвать. Ради чего? Ради эфемерной свободы? Ради независимости по версии США?

Против гегемонизма и политики силы

23-24 июня пройдет саммит БРИКС (Бразилия, Россия, Индия. Китай, ЮАР). На повестке дня не только экономика и политика, но и прием новых членов. 15 июня состоялся знаковый телефонный разговор. Лидеры КНР и РФ подтвердили высочайший уровень отношений, свою решимость способствовать расширению кооперации в энергетической, финансовой, промышленной, транспортной и других сферах «с учетом осложнившейся вследствие нелегитимной санкционной политики Запада ситуации в глобальной экономике». Председатель КНР Си Цзиньпин заявил, что «Китай готов вместе с Россией продолжать поддерживать друг друга по важнейшим вопросам, таким как суверенитет и безопасность, а также укреплять стратегическое сотрудничество между двумя странами». По его словам, которые процитировало китайское центральное телевидение, КНР будет углублять координацию с Россией в рамках крупных международных и региональных организаций, таких как ООН, БРИКС и ШОС. Как сказал Си Цзиньпин, Китай стремится вместе с Россией содействовать формированию «более справедливого и рационального» международного порядка и глобального управления. Не был обойден вниманием и самый больной вопрос. По информации пресс-службы Президента России, «Владимир Путин изложил принципиальные оценки в отношении ситуации на Украине и решаемых в ходе специальной военной операции задач. Председатель КНР отметил правомерность предпринимаемых Россией действий по защите коренных национальных интересов перед лицом созданных внешними силами вызовов её безопасности». Этот диалог на высшем уровне свидетельствует о том, что Китай не только не собирается присоединяться к антироссийским санкциям, но и намерен поддержать Россию. Кстати, разговор уже имел практические последствия. КНР поддерживает коммерческую деятельность китайских компаний в России, заявила уже на следующий день официальный представитель министерства коммерции Китая Шу Цзюэтин, комментируя сообщения о закрытии нескольких магазинов китайской компании Huawei на территории нашей страны. Заявление касается не только Хуавэй, сигнал послан и всем остальным. Это означает: китайские власти берут на себя риски рыночных китайских компаний, которые, опасаясь глобальных санкций, пока что осторожно относились к сотрудничеству с российскими партнерами. Символично, что разговор состоялся в день рождения председателя Си и впервые (по крайней мере, официально) после личной встречи в Пекине в феврале. Кстати, лидеры КНР и РФ — ровесники. Но не только это объединяет их на данном этапе. Как говорят советники, между двумя руководителями существует некая «химия во взаимоотношениях». В том смысле, что они симпатизируют друг другу и это укрепляет общий фон двусторонних контактов. Разговор состоялся накануне важнейшего саммита планеты. И это не G-8 и не G-20, а саммит БРИКС. Как сообщает пресс-служба Кремля, в разговоре двух лидеров «особо выделена важность совместной работы в рамках ШОС и БРИКС, в частности, в контексте предстоящего 23–24 июня саммита БРИКС, организуемого китайским председательством в этом объединении». Ранее циркулировала информация о том, что его планировали провести в осенью в очном режиме в Пекине, поскольку КНР в этом году председательствует в объединении. Но, видимо, есть необходимость встретиться раньше и потому общение лидеров БРИКС будет в онлайн-формате. Все члены БРИКС так или иначе поддержали РФ в «украинском вопросе», никто не осудил Москву, не ввёл санкции. Наоборот, все страны увеличили товарооборот с РФ. На встрече министров торговли стран БРИКС 12 июня обсуждались вопросы цифровой экономики, торговли, инвестиций, устойчивого развития, сотрудничества цепочек поставок и поддержки многосторонних торговых систем. Там глава Минэкономразвития России Максим Решетников сообщил, что товарооборот между Россией и странами БРИКС по итогам I квартала 2022 года увеличился на 38% по сравнении с аналогичным периодом 2021 года. Министр призвал компании из стран объединения к еще большей активности в этой области. БРИКС – организация экономическая. Однако в нынешних условиях политика и вопросы безопасности все больше волнуют участников объединения. С высокой долей вероятности, в ходе предстоящего саммита БРИКС будет обсуждаться ситуация вокруг Украины и последствия западных санкций для всего мира. Как сказал 15 июня секретарь Совета безопасности РФ Николай Патрушев на заседании курирующих вопросы безопасности высоких представителей стран БРИКС, позиции стран объединения по ключевым глобальным проблемам едины или близки. В условиях нарастающей глобальной турбулентности и региональной нестабильности БРИКС выступает важнейшим стабилизирующим фактором в мировых делах, считает секретарь СБ РФ. Он отметил, что нынешнее заседание «проходит на фоне переломных изменений, непростого периода становления справедливого многополярного миропорядка». «В Азии, Африке, Латинской Америке появляются новые центры силы, они стремятся играть все более заметную роль в формировании глобальной повестки и обоснованно требуют уважения собственного выбора пути развития». С учетом этих слов, а также председательства КНР, которая в 2017 году выступила за прием новых членов, одним из ключевых вопросов саммита будет расширение организации. На встречу министров иностранных дел БРИКС, которая прошла 19 мая, были приглашены представители Аргентины, Индонезии, Египта, Казахстана, Нигерии, Саудовской Аравии, Сенегала, Таиланда и ОАЭ. Таков список кандидатов на вступление. Министр иностранных дел КНР Ван И считает, что расширение БРИКС поможет повысить влияние объединения, внести вклад в поддержание мира. «Китайская сторона предлагает начать процесс расширения БРИКС, рассмотреть стандарты и процедуры процесса расширения и постепенно сформировать консенсус», сказал министр. Глава МИД Аргентины Сантьяго Кафьеро уверен, что его стране важно «двигаться к более тесной координации со странами БРИКС». «Вот почему мы ценим этот призыв (о расширении) и готовы продолжать налаживать мосты между Аргентиной и БРИКС». Хотя Индия осторожно относится к этой идее, опасаясь усиления влияния Китая в организации, велика вероятность того, что название структуры вскоре придется пересматривать. Очевидно и то, что главный итог саммита будет скорее политическим, чем экономическим. Запад увидит, что его попытки посеять раскол между КНР и РФ, настроить Индию против России и Китая терпят провал. Станет ясно, что вслед за смещением центра тяжести экономического развития и мировой торговли на Восток, будет изменяться и конфигурация всего мирового порядка. БРИКС, по выражению Си Цзиньпина, должна «противостоять мировому гегемонизму и силовой политике». Как говорит Председатель КНР, развитие - общая задача как для формирующихся экономик, так и для развивающихся стран. Перед лицом различных рисков и вызовов укрепление солидарности и сотрудничества между этими странами актуально как никогда. Сигнализируя о расширении БРИКС, объединение укрепляет свои позиции в качестве платформы для более справедливой системы глобального управления. Сейчас в странах БРИКС живет примерно 43 процента населения планеты - около 3,3 млрд человек. В ЕС - в 7 раз меньше. БРИКС располагает самой большой территорией, людскими и природными ресурсами на планете. Пророчество аналитика Джима О’Нила, впервые предложившего аббревиатуру объединения и спрогнозировавшего его лидерство в мире к 2050 году, вполне может сбыться. Символично, что на 23-24 июня запланирован и саммит глав государств и правительств Европейского союза. Там с большой долей вероятности Украина получит статус кандидата в ЕС. Фото: onalert.gr

Война – войной, а торговля – по расписанию

По заявлению замгоссекретаря США Салливана, Байден желает прекратить торговую войну с Китаем, но пока не знает, как это сделать. Якобы американский президент рассматривает представленные ему варианты действий в отношении существующих таможенных пошлин на китайскую продукцию. Если это так, то ход мысли американской администрации понятен: в условиях высокой инфляции, энергетического кризиса и дефицита в США многих вещей, вплоть до детского питания, они пытаются как-то снять внутреннее напряжение, особенно накануне осенних выборов в конгресс и сенат. Ранее министр финансов США Джанет Йеллен сообщила, что введенные предыдущей администрацией таможенные пошлины на китайские товары не отвечают стратегическим интересам Соединенных Штатов. По словам американского министра торговли Джины Раймондо, президент поручил ей и другим руководителям ведомств проанализировать этот вопрос. Пока Байден занимался сдерживанием России и помощи Украине, у него в стране разразился энергетический коллапс, о чем президент сообщил 8 июня в указе о введении чрезвычайного положения в энергетике. А простые американцы видят эту удручающую ситуацию своими глазами, регулярно заезжая за бензином, который за время правления Байдена подорожал вдвое. Вот и хотелось бы слегка снять проблемы, но при этом не поступиться принципами и не «потерять лицо» перед китайцами. Как мы помним, торговую войну с Китаем развязала администрация Дональда Трампа, старавшаяся максимально давить на Пекин и «всесторонне» сдерживать КНР. Но, как известно, санкции обоюдны, особенно, когда они касаются крупных держав. Согласно оценке агентства Moody’s, эта война обошлась американским компаниям более чем в 1,7 трлн долларов США. 92% суммы дополнительных пошлин покрывают американские потребители и каждое американское домохозяйство расходует дополнительно 1,3 тысячи долларов в год. Страдают, конечно, и китайские компании и потребители. При этом, как мы видим, цели этой санкционной политики достигнуты не были. Сдержать Китай не удается. Даже в пандемийном 2020 году, когда другие державы проседали, его экономика выросла на 2,2 %. В прошлом году ВВП КНР увеличился на 8,1 процентов и продолжает расти в условиях пандемии коронавируса. Но мало кто в России знает, что Китай являлся главным объектом сдерживания со стороны Запада. С 2008 года и до начала гибридной войны против России почти 40 процентов всех санкций и ограничений в мире были введены против китайских компаний. Делалось это под различными предлогами, но имело главную цель: подорвать развитие КНР, ограничить ее доступ к современным технологиям. На начало 2021 г. западные запреты и ограничения затрагивали по крайней мере 60 крупнейших китайских глобальных высокотехнологичных фирм. Но как Китай на это реагирует? Вот пример из самой чувствительной, стратегически важной сферы. В конце 2021 года крупнейший в мире производитель чипов и микросхем «Taiwan Semiconductor Manufacturing Company» (TSMC) сократил продажи китайским клиентам на 72%. Кстати, после начала спецоперации на Украине эта компания полностью прекратила сотрудничество с российскими компаниями. На это мы ответили, как сообщается, ограничением поставок инертных газов, необходимых при производстве полупроводников. КНР же в ответ на вводимые ограничения выделила гигантские средства на строительство четырех аналогичных производств. Причем это было сделано задолго до спецоперации на Украине и «конца однополярного мира». И очень скоро Китай сможет полностью обеспечить себя микрочипами и процессорами. Существует еще немало классических примеров того, что торговые ограничения США против Китая не только не достигают цели, но и приносят пользу китайцам. Не так давно солидная газета Financial Times сообщила, что Китай вышел в мировые лидеры по созданию суперкомпьютеров: «Развитие китайской программы создания суперкомпьютеров, которая насчитывает около двух десятилетий, привело к ошеломляющей ситуации, когда Китай теперь лидирует в мире в этой области». Эта программа была развернута после того, как США перекрыли экспорт в Китай технологий и оборудования, а также запретили американцам сотрудничать с Китаем в этой сфере. «Теперь из 500 самых мощных компьютеров мира 186 принадлежат КНР, у США таких машин всего 123. Китай может занять лидирующие позиции в области больших вычислений на долгие годы», – с сожалением констатирует FT. А это означает, что КНР выходит в лидеры во всех областях, где применяются суперкомпьютеры, то есть в моделировании очень сложных систем, включая ядерные разработки. Можно назвать еще немало высокотехнологичных областей, в которых Китай вышел в мировые лидеры, в том числе благодаря и вопреки американским санкциям: строительство ядерных реакторов, квантовые вычисления, сверхбольшие телескопы, сети связи 5G-6G, искусственный интеллект, космос и многое другое. Нельзя сказать, что Китай не отвечает на американские торговые ограничения. Например, в разгар торговой войны США против КНР в 2018 году Китай в ответ на американские пошлины в отношении 1300 китайских товаров ввел пошлины на 106 американских товаров, в том числе автомобили, самолеты, нефтехимию и соевые бобы. С соей – особая ситуация. Китайцы ее любят и потребляют в различных вариантах. При этом своего производства не хватает. На начало торговой войны с США из необходимых 90-95 млн тонн в год лишь 30 были китайские, остальное завозилось по импорту. И США доминировали на китайском соевом рынке – 38 %. Но Китай ввел пошлины на сою из США в результате чего американские фермеры обанкротились, а Бразилия и Аргентина стали основными поставщиками сои в Китай. При этой американский соевый экспорт в КНР сократился до неприличных 2-3 млн тонн. Китайские руководители на самом высоком уровне обращались к России с предложением занять этот рынок. «Мы купим столько сои, сколько вы нам предложите», - заявил в 2018 году автору этой заметки помощник министра иностранных дел КНР, а ныне Посол этой страны в России Чжан Ханьхуэй. В 2019 году полпред Президента России Юрий Трутнев поехал в Пекин и пообещал китайцам довести поставки российской сои до 2 млн тонн к 2024 году. Однако в настоящее время, если верить официальной статистике, все наше производство составляет 4,3 млн тонн, а Китаю мы можем предложить пока не более 1 млн тонн. Правда, сейчас данные по экспорту российской сои в Китай закрыты и, вероятно, можно ожидать, что искомая цифра в 2 млн тонн не за горами. Но все же китайцам это - что слону дробинка. Бразилия дает им около 16 млн тонн. Однако в целом КНР принципиально выступает против санкций, ограничений и войны торговых пошлин. Китай – за свободную торговлю на базе принципов ВТО. Это подтвердил в очередной раз 8 июня 2022 года министр иностранных дел КНР Ван И, заявив, что США «пытаются оценить нормальную торговлю по тому, соответствует ли она американским ценностям, политизируют и даже идеологизируют торговые отношения». По словам китайского министра, «Соединенные Штаты пытаются ограничить другие страны своими собственными стандартами и правилами и начать все сначала за пределами многосторонней торговой системы, ядром которой является Всемирная торговая организация». По мнению Посла КНР в РФ Чжан Ханьхуэя, торговые ограничения стали глобальным оружием США, которые тормозят развитие, блокируют свободный обмен товарами и технологиями: «За последние два десятилетия количество объектов, находящихся под санкциями Управления по контролю за иностранными активами Министерства финансов США (OFAC), увеличилось с 912 до 9421, то есть в 10 раз. В санкционном списке OFAC числятся суверенные государства, компании и физические лица – от глав государств до простых граждан, от представителей политических и деловых кругов до спортивных и культурных деятелей. Все эти санкции были нацелены против развивающихся стран и тех, кого США считают «чуждыми». Китай принципиально не идет на серьезные ответные меры, которые могут привезти к полномасштабному разрыву торговых отношений. Ведь объем взаимной торговли США-Китай составил в прошлом году $ 750 млрд (для сравнения: торговля Россия-Китай в 2022 году – $ 147 млрд.). А между тем в арсенале средств торговой войны КНР, как напомнила в начале июня телекомпания Fox News, есть, например, такая радикальная мера, как ограничение или полный запрет экспорта в США редкоземельных минералов. «Без них перестанут летать самолеты, остановятся танки, а у военных могут возникнуть проблемы со связью», – сообщает телеканал. И это правда. Китай уже использовал это торговое оружие, когда в 2010 году ограничил поставки в Японию в ответ на столкновение китайских и японских судов в спорном районе Южно-Китайского моря. КНР контролирует до 90 процентов мировых поставок минералов, а в самих США производство и добыча этих ресурсов ограничена из-за жесткого экологического законодательства. Сенатор Том Коттон предупредил, что редкоземельных минералов у Пентагона хватит максимум на год. Есть и другое «секретное оружие». Например, расширение закупок российских энергоносителей с определенным дисконтом. Это делает китайскую продукцию более конкурентоспособной на мировом рынке и вытесняет американские образцы. В Пекине и Вашингтоне стараются даже не затрагивать и такую острую тему, как валютные резервы КНР, которые составляют гигантскую сумму в $ 3,5 трлн. Если с ними будет что-то не так, это обрушит и доллар, и всю мировую финсистему. Однако войны – войнами, а торговля – своим чередом. Несмотря на политическую позицию Вашингтона, США продолжают все больше и дороже закупать в Китае. Положительное сальдо торгового баланса Китая с США достигло в 2021 году $396,5 млрд (в 2018 - $ 323,3 млрд.) Китай продает в США гораздо больше, чем покупает у них, и этот дисбаланс, несмотря на санкции, увеличивается. А ведь Трамп требовал именно того, чтобы китайцы покупали больше в США и меньше продавали. «Но что они нам могут предложить? – говорит Посол КНР в РФ Чжан Ханьхуэй. Экспорт высокотехнологичной продукции в Китай они запретили или сильно ограничили. А апельсины и лимоны мы можем вырастить сами или закупить в других странах, там, где дешевле». Михаил Морозов, обозреватель газеты «Труд» Фото: nb-ugra.ru

Китайская противовирусная стена

Как на примере Шанхая работает политика «нулевой терпимости» к коронавирусу Как сообщили российские СМИ, в Шанхае «закончился локдаун» и после двух месяцев «заточения дома и на рабочих местах» жителям разрешили выйти на улицу, возобновили работу предприятия и учреждения. На самом деле это не совсем так. Действительно, с 1 июня шанхайские власти ослабили некоторые ограничения, которые вводились после вспышки COVID-19 в марте текущего года. Но это вовсе не означает конца борьбы с коронавирусом. Поначалу в городе фиксировались единичные случаи ковида и это не вызывало тревоги. Но власти были наготове – в соответствии с политикой «нулевой терпимости» к новому коронавирусу, которая проводится в Китае. У нас широко распространено заблуждение, что эта политика сводится к драконовским ограничениям и массовым нарушениям прав граждан. Это представление усиленно подпитывается с Запада, который заинтересован в дискредитации китайского руководства и имиджа Китая. На самом деле два с лишним года проведения этой политики показали ее высочайшую эффективность и в целом терпимое отношение к ней населения. Когда весь мир погружался во все новые и новые волны болезни и оплакивал сотни тысяч новых жертв пандемии, Китай оставался практически единственным в мире большим государством, свободным от ковида. Примитивное понимание этой политики далеко от реальности. На самом деле это сложный комплекс эпидемиологических мероприятий, разработанный с учетом китайских традиций, на основе научного анализа, подкрепленный мощным финансированием и администрированием. Поначалу в Шанхае ограничивались выявлением заболевших, а также контактных с помощью массового тестирования жителей. На карантин закрывали лишь отдельные дома и жилые комплексы, где выявлялись заболевшие. Так бывало и раньше. Так действовали в прошлом году власти города Нанкин, где из-за нескольких десятков «завозных» случаев ковида было протестировано 7 млн человек. Так было во время вспышки в Сиане и даже в Пекине, где на карантин закрывались целые районы. Однако в Шанхае – огромном мировом финансовом центре и промышленном мегаполисе с населением 26 млн – власти столкнулись с быстро распространяющимся и заразным «омикроном». Как считают китайские эксперты, в ходе Олимпиады в Пекине иностранцам таки удалось завести в Китай достаточную дозу сверхзаразной разновидности ковида. К концу марта в Шанхае, несмотря на ограничения, ежедневно фиксировалось до 20 тыс. зараженных. В основном бессимптомных, которых выявляли в результате массового тестирования. Это, кстати на 5 тыс. меньше, чем было в Москве в пиковые дни февраля. А население Шанхая – почти вдвое больше московского. В середине апреля число бессимптомных новых зараженных достигало 25 тыс. и еще около 1 тыс. – с признаками заболевания. Смертельные случаи были единичны. И тогда в Шанхае был введен «режим управления закрытого типа». Власти разделили весь город на зоны трех категорий. Более 7,5 тыс. районов были классифицированы как зоны «с управлением закрытого типа», 2,5 тыс. районов отнесены к категории зон «с ограничительным контролем» и 7,5 тыс. районов – к зонам профилактики. В состав зон «с управлением закрытого типа» вошли микрорайоны, деревни или организации, где в течение последних семи дней были зарегистрированы случаи заражения COVID-19. В этих местах действовал режим «семидневное закрытое управление плюс семидневный мониторинг состояния здоровья на дому». Проще говоря, 14-дневный карантин там, где есть зараженные. Зоны с ограничительным контролем – это места, где за последние семь дней не было зарегистрировано случаев заражения. В этих зонах действовал «семидневный мониторинг состояния здоровья на дому». То есть гражданам было предложено неделю сидеть дома и регулярно сдавать тесты на коронавирус. Те районы, где в течение последних 14 дней не было зарегистрировано случаев заражения, были отнесены к зонам профилактики. Их жителям было разрешено передвигаться внутри района или города со строгими ограничениями. При этом посещение зон закрытого управления и ограничительного контроля строго запрещалось. Для борьбы с заразой в Шанхае было построено более 100 временных модульных больниц и карантинных центров для лечения пациентов с COVID-19 на 160 тыс. койко-мест. Еще 8 стационарных медицинских учреждений перепрофилировали для лечения больных ковидом. Дело в том, что в отличие от остального мира китайцы считают: эффективнее и гигиеничнее лечить ковид во временных госпиталях, оснащенных специальной техникой и вентиляцией. Это позволяет не «заселять» инфекцию в стационарные медицинские учреждения, подвергая риску больных с другими диагнозами заразиться внутрибольничной инфекцией. Жителям Шанхая помогали другие провинции. В соседней провинции Цзянсу было развернуто 30 тыс. коек для лечения или изоляции в госпиталях. Чжэцзян, еще одна соседняя провинция, предоставила помещения для приема 35 000 пациентов из Шанхая. Одновременно ковид затронул и другие регионы Китая, в том числе и столицу – Пекин. Например, 9 апреля один из кварталов района Чаоян был классифицирован как «зона с высоким уровнем риска распространения COVID-19». Там было выявлено в общей сложности 8 подтвержденных случаев локального заражения COVID-19. О ужас! Опять поголовное тестирование и карантины для микрорайонов. В начале апреля в городе Гуанчжоу (провинция Гуандун, Южный Китай) было зарегистрировано аж 22 местных случая заражения коронавирусной инфекцией. Посему микрорайон закрыли на карантин, а учеников начальных и средних школ города перевели на онлайн-обучение. Детские сады в Гуанчжоу приостановили прием новых детей. Кроме того, были отменены очные занятия во внешкольных учебных заведениях и группах продленного дня. Некоторые высшие учебные заведения были переведены в режим «управления закрытого типа». То есть там объявили локдаун или перевод на «удаленку». В 11 районах города начали массовое тестирование. К 10 апреля общее число прошедших тестирование граждан составило более 19 млн человек! Вот так примерно выглядит система борьбы с коронавирусом в Китае. Массовое тестирование, немедленная изоляция носителей инфекции, карантин для домов, микрорайонов и городов – в зависимости от распространения болезни. К этому следует добавить так называемый QR-код здоровья, который есть у каждого китайца в мобильном устройстве и который позволяет быстро выявлять зараженных и контактных. Без него не пустят в общественное место, даже просто на улицу не выйдешь. В некоторых случаях требуется еще и документ о проведении ПЦР-теста. Вот и сейчас в Шанхае, при снятии некоторых ограничений, сохраняется требование о проведении тестирования на коронавирус каждые 72 часа. Но главным средством борьбы с коронавирусом вкупе с остальными, китайские власти считают вакцинацию. К 11 апреля 2022 года в континентальной части Китая в общей сложности было введено более 3,3 млрд доз вакцин. К настоящему времени это число увеличилось примерно на 100 млн. Полностью вакцинированы среди групп риска – свыше 85 процентов человек. Еще 2,2 млрд доз вакцин Китай поставил за рубеж. Все эти меры в целом с пониманием воспринимаются населением. Хотя, конечно, выдержать месячную изоляцию в собственной квартире, проходить ежедневное тестирование непросто. Есть и «несогласные», и те, у кого «крышу снесло». Но никаких антиковидных бунтов, о которых пытаются сообщать западные СМИ, в реальной жизни нет. Как заявляют в Комитете здравоохранения КНР, «эта политика, полностью соответствующая национальным условиям, базируется на научном подходе и за последние два года доказала свою эффективность, позволив всего за несколько недель сдержать вспышки заболеваемости в таких крупных китайских городах, как Нанкин, Тяньцзинь и Сиань». С этим утверждением можно спорить. В России, например, ведущие СМИ довольно критически отзывались о борьбе с ковидом в Китае во время Пекинской Олимпиады, называя ее «Олимпиадой строгого режима» и употребляя такие слова, как «паранойя» и «шизофрения». Скептическое отношение к китайским методам борьбы с ковидом присутствует и в профессиональной среде. Даже генеральный директор Всемирной организации здравоохранения Тедрос Адханом Гебрейесус, комментируя политику «нулевой терпимости» Китая в отношении коронавирусной инфекции, в середине мая заявил, что, «учитывая поведение вируса на данном этапе и имеющиеся способы борьбы с ним, китайский подход нерационален и его следует изменить». Однако есть основания предполагать, что руководство ВОЗ присоединилось к компании по дискредитации китайских властей, которая проводится под руководством США в преддверии ХХ съезда Компартии Китая – он состоится осенью. В западных СМИ можно встретить публикации о том, что политика «нулевой терпимости» якобы привела к массовому недовольству населения и расколу в руководстве КНР, часть которого якобы выступает против чересчур жестких мер. На роль «доброго руководителя» иностранные пропагандисты «выдвинули» премьера Госсовета КНР Ли Кэцяна. С тем, что некоторые китайские руководители имеют на этот счет свое мнение, согласиться можно. Ведь среди них те, кто отвечают за экономику, а она наиболее страдает от ковидных ограничений. К тому же в Китае решения до сих пор принимаются коллегиально. И наличие полного единства мнений, даже на уровне Политбюро ЦК КПК (25 человек) или Постоянного комитата Политбюро ЦК КПК (семь человек) вовсе не обязательно. Но в пользу китайских методов говорят голые факты. Как сообщает ВОЗ, по состоянию на 30 мая общее число подтвержденных случаев заражения COVID-19 достигло 526,2 млн, число умерших от заболевания составило 6 286 057 человек. Но пандемия еще не закончилась. По прогнозу немецкого института Коха, сделанному еще в 2013 году, общее число жертв может составить 7,5 млн. В Китае же, по данным Университета Джонса Хопкинса на 6 июля 2022 года, с начала пандемии заразились 2,1 млн человек, число смертей составляет 14612. Для сравнения: (по данным того же университета) в России число заразившихся – 18 млн, умерших – почти 372 тыс. Еще существеннее разница с США. Там, как известно, поставлен мировой антирекорд по смертности от коронавируса – свыше миллиона жертв при 84,4 млн заразившихся. По этому поводу авторитетная газета «The Gardian» на прошлой неделе разразилась разгромной статьей, в которой цитирует Дэвида Роснера, специалиста по общественному здравоохранению и социальной истории из Школы общественного здравоохранения им. Мэйлмана при Колумбийском университете США: «Это не просто провал системы здравоохранения. Это провал американской идеологии». Если исходить из этой логики, то здесь Китай наголову превзошел США не только идеологически, но и организационно, а также с точки зрения финансов и медицинских технологий. В Китае так и говорят, что борьба с ковидом показала превосходство социализма с китайской спецификой, системы управления и китайской демократии, которая основывается на приоритете общественного, а также на доверии народа к власти, которая действует в интересах общества. Вот эта система и пришла к выводу: безопаснее и дешевле выстроить еще одну великую китайскую стену – антиковидную, чтобы уберечь всю нацию от заразы, чем потом лечить непредсказуемые осложнения болезни, которая еще толком не изучена. И этот вывод оправдан научно. Исследования с помощью больших данных, проведенные в нескольких центрах в США и в Китае (Китай – мировой лидер по использованию суперкомпьютеров в научных разработках), показали, что если бы КНР не применила политику «нулевой терпимости» к COVID-19, то число погибших от этой болезни там было бы в 100 раз больше, чем сейчас. То есть Китай с его полуторамиллиардным населением принес бы на алтарь борьбы с коронавирусом 1,5 млн жертв. Именно к этому фактически призывают китайцев глава ВОЗ и ему подобные. Но Китай, к счастью, на это не идет. К счастью для всего остального мира, поскольку глобальные последствия от таких потерь никто не просчитывал. Автор: Михаил Морозов, обозреватель газеты «Труд». Фото: businessinsider.nl

Нападет ли Китай на Тайвань?

Китайцы такой вопрос сочтут абсурдным и провокационным, но исключать такое развитие событий полностью нельзя. Турне президента США по странам Азии оказалось громким из-за Тайваня. Все началось на пресс-конференции с премьером Японии Кисидой. Отвечая на вопрос журналиста японскому лидеру, как его страна отреагирует, если Китай вторгнется или попытается захватить Тайвань, Байден подтвердил неизменность политики в этом вопросе: «Мы по-прежнему привержены поддержке мира и стабильности в Тайваньском проливе и обеспечению того, чтобы статус-кво не менялся в одностороннем порядке. Мы поддерживаем политику «одного Китая». Мы поддерживаем все, что мы делали в прошлом, но это не значит, что у Китая есть возможность, есть юрисдикция применить силу, чтобы захватить Тайвань». Но журналист не унимался, ему нужна была сенсация: «Вы не хотели вмешиваться в украинский конфликт в военном отношении по понятным причинам. Готовы ли вы принять участие в военном отношении, чтобы защитить Тайвань, если дело дойдет до этого?». И Байден дрогнул, ответив «Да». Потом он еще раз поклялся, что США верны политике одного Китая и всем соглашениям, которые из нее вытекают. Чтобы не слишком раздувать скандал, Белый дом вынужден разъяснять, что Байден, говоря о готовности к военному участию в защите Тайваня, имел в виду лишь поставки оружия для самообороны острова. Но информационная бомба была взорвана. Комментаторы на все лады трактовали заявленное, вплоть до прямого военного вмешательства США в возможный военный конфликт КНР с Тайванем и чуть ли не начала Третьей мировой. В Пекине все достаточно внимательно слушали, хорошо поняли и лишь порекомендовали Байдену тщательнее выбирать выражения. МИД КНР призвал США к осторожности в высказываниях и действиях по тайваньскому вопросу, подчеркнув, что Тайвань является неотъемлемой частью территории КНР и Китай предпримет «решительные действия для защиты своего суверенитета и интересов безопасности». Но, по сути, здесь мы видим продолжающееся блуждание в трех соснах. Всех волнует: нападет ли Китай на Тайвань и когда, вмешаются ли США и как? В нынешнем международном контексте, особенно на фоне Украины, эти вопросы приобретают особое звучание. В начале российской спецоперации западные СМИ даже вбрасывали информацию о скором вторжении войск КНР на «мятежный» остров. Мол, пока США заняты Россией, Украиной и Европой, Китай быстренько решит свой вопрос. Но ничего подобного не произошло. И не произойдет. По крайней мере, в обозримой перспективе или до тех пор, пока США и КНР устраивает статус-кво. Политически и юридически ситуация выглядит так: Китай и США считают Тайвань частью Китайской Народной Республики, а США признают, что Китай один и неделим. Тут надо сказать пару слов о трудной судьбе острова. В стародавние времена его обжили китайские переселенцы. Здесь правили китайские наместники. Но с начала эпохи развития мореходства остров стал подвергаться набегам просвещенных европейцев. Побывал он под властью испанцев, португальцев, голландцев. А с 1895 по 1945 – был колонией Японии, которая вернула остров Китаю лишь в результате поражения во Второй мировой. В 1949 году Тайвань опять выпал из-под юрисдикции Пекина: там окопались при поддержке США потерпевшие поражение в гражданской войне с компартией Китая силы Гоминьдана во главе с Чан Кайши. Во время Корейской войны седьмой флот США зашел в Тайваньский пролив, а американская авиация удобно разместилась на Тайване. В декабре 1954 г. США подписали с тайваньскими властями так называемый «Договор совместной обороны», фактически поставив китайскую провинцию Тайвань под протекцию США. Ну чем не аннексия? Деловые и неформальные контакты между островом и материковым Китаем возобновились в конце 1980-х годов с началом в КНР «политики реформ и открытости» (развитием рыночных отношений). С начала 1990-х годов стороны стали контактировать через неправительственные организации – пекинскую Ассоциацию развития отношений через Тайваньский пролив и тайбэйский Фонд обменов через пролив. Все это время сепаратисты на острове выживали при всесторонней американской поддержке. И сейчас Тайвань (также, как и Украина), скажем так, находятся под большим влиянием США. Поэтому обострение ситуации во многом зависит не от Пекина, а от Вашингтона. А поведение американцев в последние 30 лет стало непредсказуемым. Никто не может исключить, что в какой-то момент США пойдут на обострение (например, в рамках своей политики сдерживания Китая) и «посоветуют» Тайбэю (столица Тайваня) предпринять какие-то шаги - в том числе юридические - в сторону полной независимости. На этот счет у КНР есть специальный закон о Тайване, где прописано, что и как должна делать страна при том или ином развитии ситуации. И вот тут силовое решение вопроса может стать неизбежным, приблизительно так, как в треугольнике США-Украина-Россия это потребовалось из-за расширения НАТО, политики Киева и стратегической ситуации. Но при том, что в китайских партийных и государственных основополагающих документах есть положение «о возвращении Тайваня в лоно родины» (установление де-факто контроля над островом со стороны КНР), не в планах Пекина делать это силовыми методами. Речь идет об углублении всевозможных связей с островом, постепенной его интеграции с материком и добровольном вхождении под юрисдикцию КНР с предоставлением максимально широкой автономии. Что-то наподобие всем известного Гонконга, откуда вынуждены были убраться английские колонизаторы. Уже сейчас экономические и гуманитарные контакты Тайваня с КНР огромны. Связи с бурно развивающейся большой родиной, которая стала крупнейшей мировой державой, выгодны тайваньцам. А война с единокровными братьями-китайцами на Тайване, который в КНР воспринимают как провинцию Китая, видится в Пекине как страшный сон. Кроме того, оборонная стратегия Китая исходит из неприменения военной силы первыми, а внешнеполитическая - предлагает решать конфликты путем мирных переговоров. Китайская же концепция «единой судьбы человечества» вообще исключает войну как средство достижения целей. Но и мириться с отделением острова в Пекине не намерены. Китайцы – народ обстоятельный. Планируя мирное возвращение острова и всячески зазывая его «в лоно родины», Китай тем не менее держит в уме и силовой вариант на случай иностранного вмешательства (история-то иногда повторяется). Китайский флот обзаводится собственными новейшими авианосцами, вертолетоносцами и десантными кораблями разных типов. На боевом дежурстве в НОАК с 2015 года стоят «убийцы» авианосцев – ракеты DF-21D. Это, кажется, до сих пор единственная в мире мобильная противокорабельная баллистическая ракета, способная поражать движущиеся авианосные ударные группы на большой дальности – до 1500 км. Китайцы не склонны рекламировать свои достижения в военной области. Но скорость этой ракеты на нисходящем участке траектории после отделения головной части достигает 10М. Для сравнения: скорость знаменитого гиперзвукового «Циркона» - 9М (около 10000 км/час). К тому же прибрежные районы дислокации DF21 прикрыты российскими комплексами ПВО «С-400». Американцы обо всем этом прекрасно знают, как и об общей стремительно возрастающей мощи китайских вооруженных сил. И в каком-то варианте, наверное, думают о превращении Тайваня в свой непотопляемый авианосец. Чтобы не рисковать своим флотом, который может оказаться бессильным у берегов Тайваня. КНР регулярно проводит военные учения в непосредственной близости от Тайваня, репетируя блокирование острова и высадку десанта. Но это больше для острастки американских марионеток в Тайбэе и их хозяев в Вашингтоне. Вот на днях китайская авианосная группа во главе с авианосцем «Ляонин» (реконструированным из советского «Варяга», построенного на верфях украинского Николаева) вернулась от берегов Тайваня и примыкающей провинции Фуцзянь, где упражнялась в окружении острова и десантировании. Если сложить все это вместе, получается, что Тайвань – отличный объект для американских манипуляций, для продолжения политики управляемого хаоса по принципу «разделяй и властвуй». США (точнее, определенные силы и группы) пользуются мятежным островом для провокаций, как удобным инструментом давления на Китай и поддержания напряженности. Буквально накануне турне Байдена Госдепартамент США поупражнялся в политико-дипломатической словесности. На сайте американского внешнеполитического ведомства было удалено официальное утверждение, в котором Вашингтон однозначно признавал, что Тайвань находится под властью Китая. Сотрудники Госдепа также вымарали информацию о том, что США не поддерживают независимость острова. Это вызвало инсинуации на тему того, что Вашингтон перестал считать Тайвань частью КНР. Что, как мы видим из заявлений Байдена, не соответствует действительности. Но провокация госдепа вызвала серьезную реакцию Пекина. Руководитель канцелярии по международным делам ЦК КПК Ян Цзин в телефонном разговоре с советником американского президента по нацбезопасности Джейком Салливаном предостерег от «неверных действий и заявлений» и вмешательства во внутренние дела Китая. «Китай предпримет решительные действия для защиты своего суверенитета и интересов безопасности, и мы воплотим наши слова в реальность». Ян еще раз напомнил американцам, что тайваньский вопрос – самый важный, чувствительный и ключевой в китайско-американских отношениях. Китайский представитель предупредил, что в случае, если США будут настаивать на разыгрывании «тайваньской карты» и продолжат идти «по неверному пути», это неизбежно приведет к «опасной ситуации». «Мы призываем США четко осознать ситуацию, строго соблюдать свои обязательства, принцип одного Китая и три совместных китайско-американских коммюнике», – заключил он. Три коммюнике – это американо-китайские официальные документы, которые определяют рамки поведения США в отношении Тайваня. Во всех трех закрепляется принцип «одного Китая» и обязательство США не вмешиваться во внутренние дела КНР. В декабре 1978 г. правительство США приняло выдвинутые китайским правительством три принципа отношений, а именно: «прервать дипломатические контакты с тайваньскими властями», «аннулировать «Договор совместной обороны» и вывести войска с Тайваня». 1 января 1979 г. КНР и США официально установили дипломатические отношения. В Совместном коммюнике об установлении дипломатических отношений между КНР и США говорилось: «Соединенные Штаты Америки признают, что правительство Китайской Народной Республики является единственным законным правительством Китая. В этом контексте американский народ будет поддерживать с тайваньским народом культурные, торговые и другие неофициальные связи»; «Правительство США признает позицию Китая, согласно которой существует лишь один Китай, а Тайвань – это неотъемлемая часть Китая». Однако, всего через три месяца после этого американский Конгресс принял так называемый «Акт о взаимоотношениях с Тайванем». Как считают в КНР, именно в рамках этого акта правительство США продолжает продавать оружие Тайваню и по факту вмешиваться во внутренние дела Китая, препятствуя воссоединению Тайваня с континентальной частью Китая. Аналогии более чем очевидны. А перспективы все более туманны. Особенно с учетом новой американской глобальной стратегии: длительной борьбы с невиданным ранее великим противником. Ведь это не Усама бин Ладен, не Ирак, не Афганистан и даже не Россия. Его армия насчитывает 2 млн человек и оснащена по последнему слову техники. Он производит половину всей мировой промышленной продукции и является главным торговым партнером для полпланеты. Тут не обойдешься санкциями, невозможен и мгновенный развод экономик. А военный путь чреват полным крахом американской империи или гибелью человеческой цивилизации. Автор: Михаил Морозов, обозреватель газеты «Труд». Фото: infosmi.net

Китай нам друг?

В российском медийном пространстве развернулась полемика: помогает ли нам Китай и чего ждать от нашего великого соседа в дальнейшем? В условиях, когда Россия презрела однополярное мироустройство и Запад фактически объявил ей войну, у нас нет другого выхода, как искать опору на Востоке. Она, собственно, уже и есть в виде стратегического партнерства с Китаем. Но… «Два месяца, прошедшие с начала военной операции на Украине, подтвердили простую истину: России не стоит рассчитывать на безоговорочную поддержку Китая. Продолжая публично говорить о беспрецедентном уровне дружбы с Москвой, Пекин будет настороженно подходить к практическому сотрудничеству», - пишет газета «Коммерсант», выражая, по сути, отношение к сотрудничеству с КНР либерального лагеря. Почему-то, по представлению наших либералов-западников, поддержка должна быть обязательно «безоговорочной», а подход к практическому сотрудничеству безоглядным. Здесь видны атавизмы прошлого, когда на Запад молились, забывая о собственных национальных интересах, думая, что он делает что-то бескорыстно. От Запада ждали денежных подношений, помощи в переустройстве общества, любви и дружбы, в конечном счете забывая, что к странам такие понятия не применимы. А есть лишь национальные интересы и геополитика, когда речь идет о крупных державах. Также безосновательно ждать от Китая чего-то большего, чем он нам обещал: стратегического партнерства. Так вот давайте на фактах разберемся, как ведет себя Китай. 26 февраля (через 2 дня после начала спецоперации на Украине) Совет Безопасности ООН проголосовал за резолюцию, которая потребовала бы от Москвы немедленно прекратить спецоперацию на Украине и вывести войска. 11 стран проголосовали за. Китай, а также Индия и Объединенные Арабские Эмираты воздержались. Это была, по сути, первая в новейшей истории фронда коллективному Западу. Россия наложила вето, и резолюция не прошла. 2 марта Генеральная Ассамблея ООН проголосовала за предложение о немедленном прекращении военных действий на Украине. Китай вновь воздержался. И его примеру последовали еще 35 стран-членов ООН. И это немало, если учесть, что десятилетиями голосования проходили так, как надо было западным странам. Взять хотя бы резолюцию СБ ООН № 1973, открывшую путь к уничтожению Ливии. Если кто-то думает, что поддержка России должна выражаться в прямом одобрении военных действий, то это наивно. Уж точно Китай, который на всех углах призывает к миру, не мог голосовать против антивоенной резолюции. Но он продемонстрировал свое особое отношение и понимание ситуации, в которую попала Россия. 7 апреля Генеральная Ассамблея приняла резолюцию о приостановлении членства России в Совете по правам человека. На этот раз воздержавшихся уже было гораздо больше, включая Египет, Саудовскую Аравию, ОАЭ, Иорданию, Катар, Кувейт и Ирак. Китай, Иран и Сирия были среди тех, кто голосовал против. Очевидно, что на отношение этих стран влияет именно позиция Китая – второй экономики мира, могущественной мировой державы. А их голосование сигнализирует: однополярный мир рухнул. Не этого ли мы добивались? Стратегические последствия могут быть значительными. США вынуждены разрываться между усилением влияния в Индо-Тихоокеанском регионе, сохранением роли Америки на европейском театре и борьбой с несогласными в других регионах. Имперская власть трещит по швам, есть ли ресурсы и политическая воля для ее удержания, особенно в критически важных регионах, таких, как, например, Ближний Восток? С ослаблением влияния США их место немедленно займет Китай. Важно и то, что, несмотря на давление Запада, с которым Китай имеет обширные экономические и иные связи, Пекин так и не встал на «правильную сторону истории», не осудил Россию, как это сделали многие государства. Официальную позицию КНР по Украине не раз озвучивал МИД Китая. Пекин считает, что конфликт на Украине спровоцирован США и НАТО, КНР за дипломатическое урегулирование украинского кризиса с учетом обеспечения безопасности России. Китай на официальном уровне призвал к роспуску НАТО. Вот из последнего. Официальный представитель МИД КНР Чжао Лицзянь визуализировал эволюцию расширения блока НАТО на Восток, показав несоответствие реальной политики альянса заявлениям его представителей. Китайский дипломат опубликовал сравнительную таблицу с двумя картами Европы, на которых отмечены члены Североатлантического альянса по состоянию на 1990 и 2019 годы. Тот же Чжао не раз заявлял, что в украинском кризисе повинно НАТО, а США подливают «масло в огонь конфликта». Немаловажно и то, что в Китае отсутствует критика России в медийном пространстве. Напротив, копившиеся антиамериканские настроения выплеснулись на полосы газет и в соцсети. Официальная китайская пресса критикует США и НАТО. Свидетельств того, что Китай даже в этой критической ситуации придерживается линии на стратегическое партнерство с Россией можно найти много, было бы желание. Но ничто не скажет об этом красноречивее, чем официальное заявление Госдепа США. Из него следует, что США крайне недовольны позицией Китая и признают, что китайцы отлично воюют на стороне России на фронте информационной войны. Вот что там говорится: «Правительственные чиновники, государственные и партийные СМИ из Китайской Народной Республики (КНР) и Коммунистической партии Китая (КПК) регулярно усиливают кремлевскую пропаганду, теорию заговора и дезинформацию. СМИ КНР и КПК благосклонно освещают ложные нарративы России, в то же время, подвергая цензуре и редактируя американских и других официальных лиц из демократических стран и независимых СМИ, а также критические голоса внутри КНР». Для сомневающихся дадим ссылку: https://www.state.gov/disarming-disinformation/prc-efforts-to-amplify-the-kremlins-voice-on-ukraine/. Теперь о «настороженном отношении Китая к практическому сотрудничеству» с Россией. А почему бы китайцам не быть настороженными? В Китае отличные аналитики. Они видят, что за безоглядное сотрудничество с КНР у нас ныне стали ратовать те, кто еще недавно молился на Запад, как на икону. Китайцы имеют право сомневаться в искренности России. Те в России, кто говорит о «настороженном отношении Китая», когда-то привели нас к распродаже за бесценок стратегических предприятий, разрушению целых отраслей экономики. Все, что предлагал, просил или делал Запад, было априори хорошо. На все это шли «без настороженности», без оглядки. И ждали манны небесной от наших западных «друзей». Вместо того чтобы исходить из собственных национальных интересов. Китай же страна прагматичная. И в его долгосрочных интересах стратегическое партнерство с Россией. Китайский развод с Западом неизбежен, слишком глубоки идеологические, политические и иные противоречия. КПК поставила задачу – возвращение Тайваня в лоно родины. США сделать это мирно не дадут. Да, пока китайцы не хотят рвать отношения с Западом. ЕС и США – его крупнейшие торгово-экономические партнеры. Объем торговли с ЕС в прошлом году у Китая был 830 млрд. долларов, с США – 750 млрд (в пять раз больше, чем с Россией). Если кто-то думает, что страна из-за некой мифической дружбы готова в одночасье от этого отказаться, то это наивный или глупый подход. Но Китай не намерен упускать то, что ему выгодно, даже под угрозой вторичных санкций. Доказательства можно найти на том же Западе. Например, солидная Financial Times пишет о том, что частные нефтеперерабатывающие заводы Китая тайно покупают нефть у России. Ну, не тайно, а не афишируя свои действия. А еще, как пишет газета, экспорт российского газа по газопроводу «Сила Сибири» продолжает увеличиваться. В январе-апреле 2022 года он вырос почти на 60% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. И это уже не секрет, об этом можно прочитать и в сводках Газпрома. Потому что речь идет о сотрудничестве с китайской госкорпорацией CNPC, которая действует так, как велит китайское руководство и КПК, то есть без оглядки на санкции Запада. С учетом нового договора, который был подписан в феврале, общая мощность поставок в Китай по «дальневосточному» маршруту будет и дальше увеличиваться и может составить 48 миллиардов кубометров в год в ближайшие годы. Это и есть поворот на Восток. Китаю нужен наш газ, и он будет его покупать во все больших объемах. Также будет происходить и в тех сферах, в которых Россия и Китай найдут не дружбу, а взаимный интерес. Китайцы – прагматичные люди, они не упустят свою выгоду, а наша задача эту выгоду им предложить, также исходя из наших интересов. О том, что это вполне возможно, говорят цифры. По данным Главного таможенного управления КНР, на 8 мая 2022 года товарооборот между Россией и Китаем по итогам первых четырех месяцев 2022 года вырос на 25,9% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года и составил 51,09 миллиарда долларов. Российский экспорт в Китай вырос на 37,7 %, импорт – на 11,3 %. Часто можно услышать: Китай не заинтересован в инвестициях в Россию. Да, китайские инвестиции в нашей стране очень далеки от потенциальных возможностей. Например, в 2016-2017 годах в США Китай ежегодно вкладывал до 100 млрд долларов. Россия такой суммы не получала в год за всю свою историю. Но ведь у нас и с инвестициями из других стран негусто. А почему? Из-за нашей коррупции, административных сложностей, запутанного налогового режима и так далее. Из-за неблагоприятного инвестиционного климата, одним словом. Сейчас, если мы хотим выжить, все это надо исправлять, создавать условия. Нужно пойти тем же путем, каким шел Китай, начиная реформы: создавать специальные экономические зоны с минимальными или нулевыми налоговыми режимами и приглашать туда китайцев, индийцев, вьетнамцев строить заводы и обучать наших инженеров и рабочих. То есть открывать наш рынок в обмен на технологии для дружественных стран, чтобы опять не впасть в зависимость от одного экономического партнера. В Китае, а еще в Индии, Иране и других интересных для нас странах тоже можно создавать совместные предприятия для экспорта продукции в Россию. Китай – крупнейший в мире потребитель продуктов, он купит практически все излишки, которые мы сможем ему предложить по вменяемым ценам и соответствующего качества. Классический пример. Еще до торговой войны с Китаем, Пекин (в том числе на самом высоком уровне) предлагал России резко нарастить производство сои для поставок в КНР. Китайцы понимали, что им придется отказаться от американской сои, которая составляла до 70 процентов импорта этой культуры. Россия не проявила активности. В 2019 году полпред Президента России Юрий Трутнев пообещал китайцам, что к 2024 году Россия сможет поставлять в Китай около 2 млн. тонн. Но сейчас мы не в состоянии продать китайцам и 1 млн. Их потребности после сокращения поставок из США на 70 процентов удовлетворили Бразилия (17 млн тонн), Аргентина и другие страны. Они не ждали помощи и безоговорочной поддержки от Китая, а использовали его возможности для решения собственных проблем. Если мы хотим получить что-то от Китая в обход санкций, мы должны придумать и предложить, как это делать. Китай не будет решать наши проблемы. Но если мы хотим их решить сами, мы сможем рассчитывать на Китай, как надежного торгово-экономического, политического и стратегического партнера. Автор: Михаил Морозов, обозреватель газеты «Труд» Фото: thenewslens.com