Символичное совпадение: в один день, 13 июня, министр финансов Джанет Йеллен и 45-й президент США Дональд Трамп заливались соловьем в попытке перетянуть на свою сторону крупных фабрикантов, финансовых магнатов, айтишных нуворишей и, в целом, представителей большого и очень большого бизнеса. Йеллен выступала в Экономическом клубе Нью-Йорка, а Трамп — на круглом столе деловых людей в Вашингтоне
![foto](/media/photos/2024/06/20/1.jpeg)
Фото: The Daily Beast
«Обе стороны пытаются продать корпоративной Америке свое видение на 2025 год и последующий период», — разъясняет смысл этого действа Ханс Николс (Hans Nichols), политический обозреватель Axios, новостного веб-сайта, базирующегося в Арлингтоне, штат Вирджиния, чье название в переводе с греческого — (áxios), «Достойный».
Ключевое послание Джанет Йеллен: снижение налогов для богатых, как корпораций, так и индивидуумов, а также дерегулирование для крупного бизнеса — есть не лучшие способы обеспечить рост экономики. Ее босс неоднократно ставил в вину корпорациям то, что они разгоняют своей жадностью (greed) инфляцию (inflation) и тем самым занимаются «ограблением людей» с помощью «гридфляции» (greedflation).
Трамп, напротив, был верен себе: напирал на освобождение предпринимательского зажиточного класса, вернее, его бизнеса, от опеки государства (дерегулирование) и на необходимость снижения для него налогов. Особые реверансы Трамп приберег для нефтегазовых магнатов, у которых и без того аллергия на демократов, продвигающих всеми правдами и неправдами разорительную для них «зеленую повестку».
В мае, выступая перед своими экзальтированными сторонниками в Уайлдвуде, штат Нью-Джерси, Трамп посулил им:
«Вместо повышения налогов Байдена я дам вам большое снижение налогов для среднего класса, высшего класса, низшего класса и бизнес-класса».
Посул и посыл мощные, потому как в послужном списке Трампа уже значится снижение налога на прибыли корпораций с 35% до 21%, что приобрело силу закона в первый срок его правления. Но есть одно «но»: действие указа по некоторым льготам истекает в 2025 году. Бизнес уже нервничает, что играет на руку Трампу.
«Президент Трамп сосредоточен на восстановлении экономики, в которой трудолюбивые американцы смогут снова воплотить в жизнь американскую мечту, и он понимает, что лидеры бизнеса должны сыграть важную роль в этих усилиях», — такими строго расчетливыми формулировками Кэролайн Ливитт, официальный представитель предвыборного штаба Трампа, заманивает в сети и предпринимателей, и «трудолюбивых американцев».
Джош Бойк, обозреватель рупора демократов газеты «Вашингтон пост», в номере от 10 июня обращает внимание читателей на то, что Джо Байден также пытается позиционировать себя как защитника интересов не только корпораций, но и «трудолюбивых американцев».
Пикантный аргумент, предложенный политтехнологами: Джо Байден не может быть настроен против бизнеса, потому, что он бывший сенатор от Делавэра, который считается «корпоративной столицей мира». Что не грешит против истины: здесь зарегистрировано более миллиона корпораций, включая 63% компаний из списка Fortune 500.
Трамп же делает акцент на том, что он и сам предприниматель, застройщик — посмотрите, сколько у него отелей по миру, а еще отметился в сфере маркетинга, продавая все, от образовательных курсов до стейков и галстуков, да к тому же акции группы его компаний Trump Media & Technology Group торгуются на фондовом рынке.
Для демократов крупным огорчением стало известие, что полку Трампа прибывает, причем за счет денежных мешков. Так, Билл Акман, миллиардер из преимущественно «синего» Нью-Йорка, объявил, что поддержит реванш экс-президента. Стивен Шварцман, соучредитель Blackstone Inc, чье личное состояние оценивается в $41 млрд (входит в число 40 самых богатых людей мира) объявил, что снова поддержит Трампа, как давний спонсор Республиканской партии. Число толстосумов, готовых поддержать Трампа, неуклонно растет.
И не случайно, что из избирательного штаба Джо Байдена поступило знаковое уведомление. В ходе непосредственного общения с бизнесменами и бизнес-леди, чем и стало выступление и обмен мнениями Джанет Йеллен в Экономическом клубе Нью-Йорка, демократы хотели узнать, чем они могут вспомоществовать деловому сообществу. А заодно объяснить, чем Байден лучше Трампа.
Самый ожидаемый аргумент для влиятельных финансово-олигархических кланов США, используемый ставленниками демократов, сводится к двум утверждениям. Первый довод: задуманное Трампом в случае повторного воцарения в Белом доме повышение тарифов на импортную продукцию, цитирую по «Вашингтон пост», «может разрушить отношения с торговыми партнерами и нанести ущерб корпоративным доходам».
Понимать надо так, что жирный сегмент экономики, представленный торговыми посредниками, которые делают деньги на схеме «купи-продай», могут недосчитаться привычных барышей. Факт общеизвестный: еще не так давно 90% всех товаров, заполнявших полки и вешалки в крупнейшей в стране и в мире сети оптовой и розничной торговли «Уоллмарт» (каждый третий американец там закупается), были изготовлены в Китае, что гарантировало высокую норму прибыли.
Второй выпад в адрес Трампа еще более значим и содержит зловещий подтекст, правда, только для посвященных. Цитата:
«Акции и облигации могут упасть, если Трамп попытается установить контроль над политически независимыми агентствами, такими как Федеральная резервная система».
ФРС, выполняющая функцию центрального банка США, представляет собой замысловатую структуру, которой управляют, если принять мнение Мюррея Ротбарда (Murray Rothbard), автора книги «Дело против ФРС» (The Case Against the Fed), частные банки и группа частных лиц.
Доподлинно известно, что инициаторами образования ФРС как частной фирмы, занимающейся печатанием долларов при условии, что ни избираемый гражданами президент, ни конгресс США не имеют право вмешиваться в это таинство, были финансово-банковские кланы Ротшильдов, Морганов и Рокфеллеров.
Однако кто реально является собственником ФРС, до сих пор никому не ведомо. Но, как утверждает в «Живом журнал» автор под ником «Мастерок», «лишь тесные дружеские и семейные связи всех глав ФРС с Ротшильдами и Рокфеллерами, а также история создания Федрезерва указывают на них как на истинных владельцев».
Когда «Вашингтон пост» напоминает, что чужак Трамп, ориентирующийся в первую очередь на промышленный и сырьевой сектора экономики, может покуситься на святая святых — на финансовую олигархию в лице ФРС, это нужно интерпретировать как сигналы бедствия и предостережения. Первый сигнал адресован банковскому сообществу: мол, знайте, кто вам милый друг, а кто вам заклятый враг.
Второй сигнал — дерзкому парвеню, который не может не знать об одной из самых громких конспирологических теорий. Президент США Джон Кеннеди 4 июня 1963 года подписал указ, наделявший министерство финансов правом печатать под залог серебряных монет, выходивших из обращения, двухдолларовые и пятидолларовые купюры с надписью «Банкнота Соединенных Штатов» — а вовсе не с прежним указанием, что это «Банкнота Федерального резерва».
ФРС лишалась, по сути, эксклюзивного права запускать печатный станок. 22 ноября 1963 года, менее чем через полгода, Кеннеди был расстрелян в прямом эфире, что напоминало ритуальное убийство в назидание другим потенциальным отступникам. Версия о фанатике-одиночке никак не вязалась с тем, что одновременно физически устранили порядка 40 возможных соучастников преступления. Заговор был масштабным, а ликвидация — филигранно исполнена.
Таким образом, финансово-банковские кланы, связанные с Демпартией, дают знать, что любое ограничение неподотчетности, а значит и неподсудности ФРС, будет воспринято как пересечение красной линии.
Ныне перетягивание каната между Байденом и Трампом, этот неформальный конкурс красоты, когда два претендента на власть пытаются замкнуть на себя симпатии, а главное — денежные потоки большого и не очень большого бизнеса Америки, проецируются на никогда не прекращавшуюся конкуренцию между двумя полюсами национальной экономики.
С одной стороны, это Уолл-стрит, биржевые брокеры, хедж-фонды и банковские империи, который делают деньги из денег или из их деривативов. С другой — реальный сектор, где производят материальные ценности или услуги, которые можно либо пощупать руками, либо оценить по результату произведенной операции.
Безусловно, оба полюса переплетены тысячами нитей, и подчас финансовые структуры являются истинными владельцами, скажем, предприятий по изготовлению самолетных шасси или нефтегазовых компаний, ведущих добычу на буровых вышках в Мексиканском заливе. Тем не менее, определенная дистанция между полюсами сохраняется, а их modus operandi и способы извлечения прибыли разнятся. Соответственно, у них различные запросы и требования к государству.
Наметившаяся тенденция, связанная с перетоком крупных корпораций в лагерь республиканцев, когда звучат заявления о готовности сделать ставку на Трампа, а не на Байдена, свидетельствует о том, что раскол и разлад, имеющий место не только в политическом классе, но и в бизнес-сообществе, усугубляется.
Все это внушает обоснованное опасение, что ни один из исходов ноябрьских выборов, кто бы ни взял верх, Байден или Трамп, не приведет к умиротворению враждующих сторон. Ни одна из них не готова смириться с поражением.
Традиционная фраза победителя или победительницы, что он или она готова быть президентом всех граждан без исключения, а не только своих сторонников, в условиях эскалации «культурных», гендерно-расовых и прочих войн внутри американского общества попросту повиснет в воздухе и растворится.
А поскольку взыскующих высшую власть антагонистов поддерживают конкурирующие бизнес-кланы, в том числе и те, которые управляют печатным станком, то неизвестно, не захотят ли они профинансировать небольшую, но шумную «цветную революцию». На этот раз у себя дома.