Какие задачи ставит БРИКС перед саммитом лидеров в Казани в октябре, стало понятно в ходе Парламентского форума этой организации, который прошел 11-12 июля в Санкт-Петербурге
![foto](/media/photos/2024/07/15/1_1.jpeg)
Фото: Reuters
Как известно, первый такой парламентский форум прошел в Москве в 2015 году. С тех пор Россия выступала за придание этому формату характера постоянно действующего органа в рамках БРИКС. Более-менее оформленное решение на этот счет было принято в прошлом году в Йоханнесбурге, где был подписан Меморандум о взаимопонимании по данному вопросу. В Петербурге же принят протокол к меморандуму о парламентском форуме БРИКС, в котором уточняются содержательные, организационные и процедурные вопросы выстраивания межпарламентского взаимодействия.
А вообще-то есть идея создать парламент БРИКС. Об этом, кстати, сказал, как задачу поставил, президент России Владимир Путин:
«Да, БРИКС пока не имеет собственной институционально оформленной парламентской структуры, но полагаю, что в будущем эта идея обязательно реализуется. И ваш форум, уверен, будет этому способствовать. Главное, что такие встречи уже зарекомендовали себя как пример доверия, взаимной поддержки и свободного диалога, укрепляют авторитет самой организации и её влияние в мире».
Последнее подтвердило участие в форуме председателя Межпарламентского союза, спикера Национального собрания Танзании Тулии Эксон.
Таким образом, Россия, которая в текущем году председательствует в БРИКС, вновь приняла парламентский форум этой организации уже в более институциональном статусе. Это говорит о том, что и само объединение БРИКС с трудом, но приобретает более оформленный вид и укрепляет сотрудничество государств-членов по различным направлениям. Ведь не секрет, что в адрес БРИКС иногда звучит критика, что-де организация аморфна, не имеет устава и постоянно действующих органов.
Тем не менее, в БРИКС теперь входят 10 стран, парламентарии которых собрались на форум в Петербурге. По решению XV саммита БРИКС в августе 2023-го в ЮАР в объединение вступили Египет, Иран, ОАЭ, Саудовская Аравия и Эфиопия. Председательство РФ в БРИКС в этом году проходит под лозунгом «Укрепление многосторонности для справедливого глобального развития и безопасности».
Но следует понимать, что в отличие от ШОС (политической структуры), БРИКС — объединение в основном по экономическим интересам. О целях организации сказал в своем выступлении на форуме президент Путин: «Один из приоритетов объединения — достижение позитивных перемен в мировой экономике. Большое внимание уделяем увеличению доли национальных валют в торговле и инвестициях, а также разработке безопасных и надёжных финансовых инструментов и механизмов взаимных расчётов. Особую роль в установлении более доверительных, прочных и долгосрочных отношений между государствами имеет налаживание и гуманитарных контактов».
В этом контексте возникает вопрос: чем тут может помочь орган, объединяющий парламенты? Этот вопрос обсуждался в ходе расширенных дискуссий 12 июля на тему о роли парламентов в преодолении фрагментации многосторонней торговой системы и угроз. И здесь именно от законодателей многое зависит в решении этих проблем путем соответствующей законодательной работы.
Выступая на форуме, председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко, сообщила, что Минфин и ЦБ РФ вместе с партнерами по БРИКС ведут активную работу по созданию цифровой расчетно-платежной платформы в рамках объединения. «Результатом проработки доклада может стать создание многосторонней цифровой расчетно-платежной платформы БРИКС Бридж (BRICS Bridge), которая поможет сблизить финансовые рынки стран-участниц БРИКС и увеличить взаимный торговый оборот, — заявила Матвиенко. — Кроме того, данная цифровая расчетно-платежная платформа будет децентрализованной, когда ни один из участников не сможет ограничивать действия остальных. В случае утверждения предлагаемой Россией инициативы от стран БРИКС потребуется скоординированная законодательная работа по введению в оборот национальной цифровой валюты и ее использования в трансграничных расчетах».
Это, собственно, одна из главных задач и проблем организации на нынешнем этапе. Как заявил замглавы МИД РФ и шерпа России в БРИКС Сергей Рябков, «создавать альтернативы в прямом смысле слова западноцентричной банковской системе и западным резервным валютам без риска для себя просто не получается, но есть политическая воля». «Я уверен, что в Казани (на саммите БРИКС — прим. автора) минфины и центробанки при поддержке внешнеполитических ведомств выдадут продукт, который будет смотреться мощно, достойно и реально нам поможет решать проблемы в этой сфере», — сказал Рябков.
Но что это будет, пока не понятно. Дальше всех продвинулись в деле цифровизации международных расчетов китайцы, которые совместно с ОАЭ и Таиландом работают над созданием системы мBridge, в основе которой цифровой юань. Она представляет из себя децентрализованную блокчейн-систему, где невозможно отследить, попадают ли сделки под санкции. Станет ли она основой для соответствующей платформы БРИКС или будет создаваться что-то параллельное, мы узнаем ближе к саммиту БРИКС в Казани в октябре.
Вице-спикер Госдумы Александр Бабаков на форуме вообще призвал парламентариев создать собственный международный валютный фонд. «Мы должны сделать так, чтобы фактически не реформировать международный фонд, валютный фонд и институты, которые являются базой его, потому что это невозможно сделать. А нам нужно создавать собственный аналог Международного валютного фонда, называйте как угодно, Международный валютный фонд-2 или иначе, но главное, по сути, это свой собственный институт, набор институтов, новые финансовой системы». Но это уже скорее сверхзадача на дальнюю перспективу.