3 апреля парламент Пакистана был распущен буквально за несколько мгновений до того, как должно было состояться принятие решения о вынесении вотума недоверия премьер-министру страны Имрану Хану. Впрочем, столь радикальная мера его не спасла – верховный суд восстановил Национальное собрание. Партия Хана «Техрик-е-Инсаф» (PTI) потеряла поддержку в парламенте со стороны союзников по коалиции, сам уже бывший премьер, судя по всему, лишился поддержки вооруженных сил - одной из ключевых сил в стране.

В результате Имран Хан отправлен в отставку, а PTI вышла из состава парламента незадолго до запланированных выборов нового премьера.

11 апреля парламент избрал нового премьера – Шахбаза Шарифа, младшего брата бывшего премьера Наваза Шарифа, который известен тем, что в 2017 году был приговорен к десяти годам тюрьмы по обвинению в коррупции. Впрочем, теперь наказание, вероятно, будет пересмотрено.

Судя по всему, Шариф будет исполнять обязанности премьер-министра до следующих выборов, которые намечены на август 2023 год.

Все это свидетельствует: в Пакистане - глубочайший политический кризис, который назревал в течение продолжительного времени.

На протяжении почти всего срока пребывания в должности Хана в стране наблюдалась двухзначная инфляция, а решение снизить внутренние цены на топливо и электроэнергию лишь усилило бюджетный дефицит и обострило проблемы с платежным балансом. Рупия упала до исторического минимума.

Причём в перспективе пакистанская рупия столкнется с дальнейшим девальвационным давлением. Более того, если новому правительству не удастся возобновить участие страны в программе МВФ, предусматривающей расширенное финансирование и обеспечить оставшиеся выплаты, это может привести к прекращению внешнего финансирования. Кроме того, если Федеральная резервная система США ужесточит свою денежно-кредитную политику ещё сильнее, чем ожидают рынки, это может усилить волатильность и без того ослабленной рупии.

ВВП Пакистана на душу населения очень низок и составляет около 1 500 долларов США по состоянию на 2021 финансовый год. Неравенство доходов велико как по вертикали (то есть между различными сегментами общества), так и по горизонтали (на региональном уровне, между различными провинциями). Очень высок уровень неграмотности населения, особенно в сельских районах и среди женщин, и, соответственно, уровень образования крайне низкий.

Что касается внешнеполитического вектора, то Исламабад при Хане существенно дистанцировался от Вашингтона. Попытка наладить нейтральную внешнюю политику и недавние переговоры с Москвой, вероятно, стали последней каплей для США и проамериканских элит в самом Пакистане. Эксперты Института Ближнего Востока (ИБВ) считают: несмотря на то, что поездка премьера Хана в Москву встретила одобрение со стороны военных, это не стало важным аргументом в их отношении к Хану.

Разногласия между премьером и военными усугубились на фоне пандемии COVID-19, а также спорного назначения в октябре 2021 года на пост главы Межведомственной разведки вооруженных сил (ISI) бывшего командующего Белуджским пограничным полком и штабом армии в Карачи генерал-лейтенанта Надима Анджума.

27 марта Хан продемонстрировал письмо, в котором утверждалось, что США направили Пакистану дипломатическое предупреждение о смещении его с поста премьер-министра. Впрочем, подобное громкое обвинение не помогло. К примеру, генерал-майор в отставке Атар Аббас заявил, что «реакция [в вооруженных силах – прим. ред.] на вопрос о том, следовало ли его [письмо – прим. ред.] использовать для вмешательства в ситуацию с вотумом недоверия, неоднозначна». Военный также обвинил Хана в том, что во время его правления в обществе произошла дискредитация имиджа армии.

Многие эксперты отмечают: вне зависимости от того, принимают ли США участие в политическом кризисе в Пакистане или нет, экономическая ситуация в стране продолжит ухудшаться, что в свою очередь может спровоцировать новые масштабные протесты.

С нарастанием противостояния увеличивается и вероятность того, что военные все же вмешаются. А учитывая тот факт, что оппозиционные партии, похоже, отказались от антивоенной риторики в своей критике Хана, вероятнее всего они больше не воспринимают силовиков как сторонников уже бывшего лидера страны. Это означает, что военные не будут вмешиваться, чтобы обеспечить политическое выживание Хана.

Однако американские аналитики из IHS Global Insight подчеркивают: существуют реальные риски того, что военные могут пойти на прямой захват власти, чтобы сохранить шаткую стабильность в стране до следующих досрочных выборов. Однако это не самый вероятный на сегодня сценарий развития событий.

Куда вероятнее, что оппозиция, которая получила власть, будет стараться удержать ее до следующих выборов, чтобы еще больше легитимизировать свое правление.

Есть и еще один риск, который сегодня не так активно рассматривается. Пакистанский Институт исследований проблем мира (PIPS) сообщил, что в ближайшие месяцы Техрик-е Талибан Пакистан (Tehrik-e Taliban Pakistan, TTP, террористическая организация, запрещенная в РФ), вероятно, активизирует атаки на пакистанских военных. 30 марта TTP объявила о новом наступлении на силы безопасности страны во время Рамадана после того, как взяла на себя ответственность за нападение на военный комплекс, в результате которого погибли, по меньшей мере, шесть пакистанских солдат.

Говоря о долгосрочных перспективах для Пакистана, отметим, что разворачивающийся политический кризис может растянуться на годы, в том числе из-за проблем в сферах экономики и безопасности. Усугубляется ситуация и с клановым устройством политической жизни страны. Хотя основные партии имеют идеологические различия, в них в основном доминируют личность или семьи, что и привело к обвинениям в кумовстве, покровительстве и коррупции и также является поводом для протестов и беспорядков.

Американские аналитики подчеркивают в своих докладах, что наилучшим сценарием для Пакистана станет сохранение гражданской власти при условии, что военный блок продолжит сдерживать радикализацию и исламистскую воинственность. При этом отмечается, что страна должна сохранить свой прозападный курс, что подтверждает если не прямое, то косвенное участие США в свержении Хана. Особенно учитывая, что в своих прогнозах они регулярно используют слова «сепаратизм», «демократия», «ценности» и т.д.

Неблагоприятным сценарием американцы считают приход к власти радикально-исламистского режима, не испытывающего симпатий к США. При этом возможности Вашингтона по давлению на Исламабад будут существенно ограничены наличием у последнего ядерного оружия. Впрочем, эксперты также констатируют, что в Пакистане сегодня нет лидера, схожего по уровню с иранским лидером Исламской революции Хомейни или его ближайшим соратником Великим аятоллой Хаменеи.

Для Москвы события в Пакистане представляют риски главным образом с точки зрения реализации крупных проектов между двумя странами.

В первую очередь это - «Пакистанский поток». Несмотря на то, что его пропускная способность сравнительно невелика, всего 12,4 млрд кубометров газа в год (для сравнения: пропускная способность «Турецкого потока» – 31,5 млрд кубометров в год) в условиях, когда необходимо перенаправить голубое топливо на восток, любые трубопроводы важны. Так что неудивительно, что во время визита Хана в Москву «Пакистанский поток» ожидаемо стал одной из ключевых тем переговоров.

Фото: politexpert.net