Покуда Запад и Россия выясняли свои отношения (а Россия при этом еще и спасала Казахстан от нашествия террористов), Китай устроил «дни открытых дверей» для гостей из Ближнего Востока. В течение прошлой недели в КНР побывали министры иностранных дел Саудовской Аравии, Кувейта, Бахрейна, Омана, Турции, Ирана, а также Генеральный секретарь Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ). Наряду с этим китайцы подписали соглашения с Сирией и Марокко относительно реализации инициативы «Один пояс, один путь», а с Ираком – контракт на строительство крупнейшего в регионе нефтеперерабатывающего завода.

Первыми в Поднебесной были приняты арабы Залива. Они провели здесь пять дней – с понедельника по пятницу. Что само по себе является необычным: как правило, главы внешнеполитических ведомств надолго из своих столиц не отлучаются, им для переговоров достаточно суток-полутора. А тут – почти целая неделя в гостях! Видимо, немало было тем для весьма серьезных обсуждений… И кто знает, с кем они успели повидаться в китайской глубинке (принимали их не в Пекине, а в городке Уси – в нем нет и миллиона жителей – в провинции Цзянсу)…

В сообщениях (довольно скупых на детали) о состоявшихся переговорах особый акцент делался на коллективном характере визита четырех арабских министров и Генсека ССАГПЗ, что должно было продемонстрировать единство этой организации. Этот замысел отчасти удался: было принято совместное коммюнике, в котором шла речь о «необходимости установления отношений стратегического партнерства» между Советом Залива и КНР, а также о «скорейшем начале переговоров» по вопросу создания зоны свободной торговли.

Однако этот документ стал результатом двусторонних переговоров между Министром иностранных дел Китая Ван И и Генсеком ССАГПЗ Наифом ан-Наджрафом. В таком же – в раздельном – режиме прошли встречи и с каждым из четырех арабских министров. О каких-либо совместных заседаниях не сообщалось, групповые фото не публиковались.

Есть основания полагать, что это обстоятельство – равно как и отсутствие в составе арабской делегации представителей Катара и ОАЭ – свидетельствует о проблемах, сохраняющихся в рядах Совета Залива, несмотря на усилия, которые были предприняты накануне и в ходе недавнего 42-го саммита организации (о котором мы уже писали ранее). Так, похоже, что не изжиты разногласия с Катаром, и Доха не готова к тому, чтобы выступать одним фронтом со своими братьями и соседями в столь серьезном и ответственном деле, как налаживание стратегического партнерства с новой глобальной державой – КНР.

Что касается Эмиратов, то здесь ситуация несколько иная. Абу-Даби предпочитает проводить все более и более самостоятельную политику без оглядки на соседей и особенно на традиционного регионального лидера – Саудовскую Аравию. Вот и c Пекином у ОАЭ сложилась собственная система связей, пожалуй, наиболее продвинутая среди арабских государств Залива. Но именно здесь и произошел весьма серьезный сбой.

Дело в том, что китайские товарищи получили от эмиратских властей разрешение на строительство огромного торгового порта и не мешкая принялись за работу. Однако недавно американская разведка вдруг обнаружила, что порт этот вполне может быть использован в качестве военной базы. Вашингтон потребовал строительство остановить, что Эмираты тут же исполнили. Китайцы не стали поднимать шум (пока). Но все равно, после такого конфуза ехать к ним в гости было неудобно: пришлось бы прятать глаза, разводить руками, вздыхать и бормотать, мол, «мы что-нибудь придумаем».

Заметим попутно, что совсем недавно американцы обнаружили, что Китай вроде бы помогает Саудовской Аравии налаживать производство баллистических ракет. К чему может привести эта история, пока не ясно…

Как бы там ни было, но многодневный визит арабской министерской делегации в Поднебесную продемонстрировал всему миру: Пекин намерен в полной мере воспользоваться преимуществами ситуации, порожденной неспособностью США сохранять свою гегемонию в Заливе и на Ближнем Востоке в целом. При этом он может быть уверен, что аравийские монархии нуждаются в нем куда больше, чем он в них. Ибо главное, что он предлагает им, – это не только и не столько инвестиции, технологии или зона свободной торговли. И даже не оружие или гарантии безопасности.

Главное – это возможность встроиться в глобальную стратегию, которая могла бы обеспечить новому поколению шейхов смысл существования, осознанную связь с будущим. Полвека назад Америка предоставила отцам-основателям нефтяных княжеств место и роль в своей глобальной стратегии, срок годности которой, по-видимому, истекает. Сегодня на место Вашингтона претендует Пекин, сумевший сформулировать собственное альтернативное действительно глобальное и действительно стратегическое видение мира и перспектив его развития. И в этом он опережает англосаксов, чья концепция будущего только начинает обретать более или менее четкие очертания: «зеленая повестка», противостояние Китаю (АУКУС) и России, борьба с угрозой новых эпидемий, права меньшинств…

Китайское предложение выглядит более практичным и прагматичным, менее политизированным. Но англосаксонская исходит от традиционных покровителей – патронов, чьи методы и интересы уже знакомы, понятны, привычны. В результате арабы оказываются перед трудным выбором.

Но долго раздумывать им китайцы не дадут. Во-первых, 13-го января в Дамаске был подписан меморандум о присоединении Сирии к инициативе «Один пояс, один путь». А за неделю до этого такой же документ был подписан с Марокко. Это недвусмысленно говорит о твердости и неотвратимости намерений Китая.

А во-вторых, Пекин ясно показал, что кроме арабов на Ближнем Востоке есть, с кем иметь дело: в течение тех пяти дней, что в Китае гостили аравийские министры, Поднебесную посетили их коллеги из Турции и Ирана.

Глава турецкого МИД Мевлют Чавушоглу прибыл в Уси в среду 12-го января. Основными итогами его переговоров с Ван И стало подтверждение того, что Анкара не намерена участвовать в розыгрыше «уйгурской карты» в отношениях Запада с КНР. При этом китайская сторона выразила надежду, что Турция приложит усилия к тому, чтобы подобную позицию по уйгурскому вопросу заняли и другие исламские страны. Со своей стороны, Китай обещал нарастить объемы импорта турецких товаров (что весьма актуально, учитывая те проблемы, что испытывает сейчас турецкая экономика).

А в пятницу (последний день пребывания арабов) на переговоры с Ван И приехал Хоссейн Амир Абдоллахиан, министр иностранных дел Ирана.

Его визит был обставлен особым информационным сопровождением: в китайской прессе была опубликована его статья, где отношения КНР и ИРИ рассматривались как отношения двух древнейших мировых цивилизаций. При этом акцент был сделан на перспективах реализации заключенного двумя странами соглашении о всеобъемлющем сотрудничестве (Comprehensive Cooperation Plan), рассчитанном на 25 лет.

Это соглашение было подписано в прошлом году, но в действие было введено именно по итогам переговоров Ван И и Хоссейна Абдоллахиана. О его содержании мало что известно, кроме того, что оно охватывает области экономического, торгового, инвестиционного сотрудничества, равно как и сферы безопасности, военного и политического взаимодействия. В любом случае понятно, что Иран открывает Китаю широкий выход в регион Персидского залива и Аравийского моря, с чем страны арабского берега Залива будут вынуждены считаться.

Считаться с этим придется и другим международным игрокам, имеющим свои ставки в регионе, в том числе США, Британии и – России, которая приложила немало усилий, чтобы вернуть себе позиции на Ближнем Востоке. В политическом и военном плане это во многом удалось. Чего не скажешь об экономике.

Складывается впечатление, что основные экономические выгоды от изменения ситуации в регионе намерен получить именно Китай, создающий прочные основы для своего долгосрочного присутствия здесь. Конечно, российские компании тоже получают новые возможности, открывая для себя заново рынки Сирии, Ирака, Египта, расширяя сотрудничество с Ираном и осваивая новые горизонты в Эмиратах, Саудовской Аравии, Катаре. Но это – поистине капля в море по сравнению с тем, чего добивается Китай, не сделавший ни единого выстрела и не пославший ни одного солдата на землю Ближнего Востока.

Думается, что приходит время для работы над сопряжением китайской и российской стратегий в этом регионе. Пекин должен понимать, что преимущества его положения в очень значительной степени зависят от военно-политической роли России. Москва располагает не менее развитой и эффективной сетью влияния, и без учета ее интересов будет проблематично сохранить стабильность и безопасность здесь на уровне, необходимом для строительства светлого будущего по китайским проектам.

Но первый шаг – за Россией. Ей нужно четко определить и сформулировать свои интересы – в данном случае, по преимуществу экономические – на Ближнем Востоке и в Персидском заливе.

Автор: Михаил Лавров.

Фото: mfa.gov.tr